Нокаут по наследству

* * *

Повод этот, собственно, и привел нас в столицу. Нужный нам дом располагался на Кутузовском проспекте. Квартира, в которой некогда проживал родной дядя Инессы, находилась на шестом этаже сталинской десятиэтажки. Такие дома, насколько мне было известно, давно уже считались памятниками архитектуры. Недвижимость в этом районе стоила очень дорого.

Мы стояли перед квартирой уже минут десять. Любовались входной дверью, обитой темно-красным дерматином. За ней могло находиться все, что угодно: от замурованного портала в параллельный мир до пыточной.

Инесса заметно нервничала. Она была у дяди всего один раз, с того времени внутри могло многое измениться. Но ключей от квартиры у Инессы не оказалось.

– А откуда они у меня? – удивилась она. – Я думала, что, возможно, я тут смогу их у кого-то получить.

– У кого? – не выдержал Миша. – У дворника?

Инесса не ответила. Вид у нее был довольно несчастным. Я вспомнила, что она рассказывала о своей матери. О ее силе духа, о нетерпимости. Инесса не могла не ощущать на себе последствия такого воспитания, быстро тушевалась перед трудностями и терялась.

Вот и сейчас сникла. Надо было срочно ее выручать.

– Ключи могут дать в полиции, – предположила я. – Но нужно будет доказать, что ты имеешь право на эту жилплощадь.

– У меня с собой письмо из Москвы. – Инесса полезла в сумочку. – Этого ведь достаточно?

– Вполне, – остановила я ее. – Осталось узнать, где находится отделение полиции.

Послышался резкий металлический скрежет – кто-то открывал замок двери соседней квартиры.

Через мгновение на пороге появилась невысокая пожилая женщина с вязаной накидкой на плечах.

– А вот и помощь, – подскочил к ней Миша и протянул руку. – Здравствуйте.

– Через порог не здороваются, – строго сказала женщина. – Ты или туда, или сюда.

Внутренне я приготовилась к конфликту, который мог разразиться в любой момент. В глазах соседки мы выглядели чужаками, представляющими угрозу. Кроме того, наш возраст тоже мог не внушать доверия.

Незнакомые молодые люди возле квартиры покойного соседа – вот то, что она увидела. Я надеялась, что она не станет бурно реагировать. Ни Мишу, ни меня, ни Инессу нельзя было назвать словом «молодежь». Таких, как мы, просто так веником из подъезда не вышвырнешь. Мы были старше, чем ей показалось сначала, и не представляли никакой угрозы. Но как объяснить это человеку, который нас впервые видит?

Однако женщина оказалась не из породы тех, кто ругается по пустякам.