Ну и дела!

Я убрала пакет с драгоценным кофе и уставилась на свое отражение в зеркале. Выглядела я довольно помято, но это сейчас меня мало беспокоило.

«Что делать будем?» – спросила я внимательно и спокойно смотрящую из зеркала Танечку Иванову.

Она молчала.

«Вот и отлично», – ответила я сама и потеряла интерес к проблеме раздвоения моего сознания.

Вопрос, однако, не рассеялся в пространстве, а, наоборот, настолько «набух» от своей актуальности, что почти материализовался. Я физически ощущала его в воздухе.

«Что делать?»

Ни садиться за решетку за преднамеренное убийство, ни отправляться по этапу на каторгу, подобно моему известному революционно-демократическому тарасовскому земляку, захватившему приоритет на риторическое использование этой вопросительной грамматической конструкции, ни долго и безуспешно лечиться от пулевых ранений, подобно другому любителю задаваться этим вопросом, решившему, что он знает ответ, и умершему в счастливом заблуждении, – ничего этого мне явно не хотелось.

У меня есть одно, очень помогающее мне в жизни убеждение: нет проблем без решения, нет вопросов без ответов, есть искусство формулировать вопросы.

Искусством этим я за многолетнюю практику предсказательницы и гадалки овладела очень неплохо и давно поняла, что прежде, чем браться за гадальные кости или магические карты, нужно четко себе представлять суть самого вопроса.

Минуту я сосредоточивалась, затем выдала новый вариант:

«Делать-то что?»

Ответ может быть не только положительный или отрицательный, невозможность сформулировать вопрос сама по себе достаточно информативна.

«Не хватает информации».

А это уже подсказка – что делать.

Конечно же – собрать в кучу всю информацию, выстроить ее, а там она сама подскажет, куда направлять свои действия.

Итак: я должна найти человека, которого похитили и держат с целью выпытать обстоятельства предстоящей финансовой операции с крупной суммой наличных денег. Об этом человеке я не знаю практически ничего.

О клиенте известно гораздо больше. Если это действительно Коготь, достаточно заглянуть в вышедший месяц назад справочник «Криминальный Тарасов» и узнать о нем массу подробностей. Можно, впрочем, и не заглядывать, память у меня феноменальная.

В детстве, помню, я поставила в тупик врача-окулиста, называя ему без запинки все буквы из таблицы для определения остроты зрения.