Обманчивый покой

Он поблагодарил, она вежливо в ответ улыбнулась, а вечером он заявился снова, но теперь уже для того, чтобы вернуть ей должок и пригласить прогуляться по Арбату. Ну если не сегодня, то, может, завтра? Или послезавтра, но ему бы очень хотелось. Ольга и согласилась.

– Он не тянул меня к кому-то в гости или к себе домой. Ни к друзьям, ни к знакомым, не звал в ресторан, не принес цветы, – рассказывала подруга. – Как будто знал, что я не люблю все эти чертовы букеты. Зато притащил шоколадку и пакет с соком, прикинь? И все это подкупило.

Он не захотел остаться у меня, он вообще ничего не требовал – он просил. Нет, даже, скорее, предлагал выбор. И поехали мы на Арбат своим ходом. А там ведь везде люди, понимаешь? Я не боялась с ним куда-то идти, потому что он… Вообще его не боялась.

– А были какие-то намеки с его стороны?

– Ни разу. Даже сейчас. Но ведь как-то все это ни с того ни с сего, Тань. Ты же бывший мент, должна понимать мои страхи.

Я понимала. На Ольгу, когда ей было четырнадцать, напали в лифте.

Она отбилась и успела выскочить из него до того, как двери закрылись. Эта травма осталась с ней на всю жизнь.

Высокий, темноволосый, обожающий клетчатые рубашки и простую еду, а еще понимающий тонкий черный юмор, Вова потихоньку завоевал и мое расположение. К моменту нашего знакомства он уже не работал курьером, а устроился переводчиком в небольшое издательство. За его плечами были десять лет проживания в Германии, где работали его родители, а потом спецшкола с углубленным изучением немецкого, но уже в Тарасове.

Дальше совершенствовать свои знания он не стал, высшего образования у него не было, но и того, что имелось, оказалось достаточным, чтобы обрасти заказами в литературно-переводческой сфере. Правда, как он сам признался, иногда в работе случался застой, и тогда Вовка бравым шагом уходил в курьеры.

– Ноги размять, на людей посмотреть, – объяснил он отсутствие тяги к построению карьеры. – Язык кормит, а слово «вышка» даже звучит стремно.

Итак, если бы меня застал в одних трусах парень моей подруги, то это не стало бы трагедией ни в моей, ни в его, ни в Ольгиной жизни.

Но сама перспектива оказаться в подобном положении мне совсем не нравилась.

– Какой код-то? – переспросила Ольга.

Я назвала код и отключилась. Влезла в джинсы, схватила бюстгальтер и футболку.

Ночной кошмар хоть и остался позади, но из моего сознания никуда не делся.

Гостям я приготовила кофе и выложила на стол остатки еды.