Обвиняется маленькое черное платье

Ох, Татьяна, снова ты вляпалась неизвестно во что!

Через час, как и обещал, появился Сергей Анатольевич. Осмотрел стопку на моем столе, удовлетворенно хмыкнул и, не сказав ни слова, удалился. Я усердно трудилась. Алюминиевые «лапы» накалялись до определенной температуры. Не имея сноровки, я уже раз десять приложилась к ним то запястьем, не защищенным слишком короткими рукавами халата, то пальцами. Конечно, я не подумала о том, чтобы вовремя натянуть рукавицы. Волдыри вздувались в момент и теперь чесались и зудели.

В шесть вечера формовщицы стали потихоньку выключать аппараты и приводить в порядок свои рабочие места. Кое-кто, кто не успел выполнить план смены, уходить не спешил и продолжал работать.

В шесть пятнадцать в цех вошел высоченный брюнет. Оглядев женщин, он скомандовал:

– Сдаемся!

«Прямо как на поле боя», – усмехнулась я и первая подошла к коробкам, стоящим в дальнем конце цеха. Сдача заготовок прошла быстро. Бугай, которого женщины уважительно называли Павлом Петровичем, считал носки, связанные десятками, проставлял напротив фамилии формовщицы число и переходил к новым коробкам.

Когда очередь дошла до меня, Павел Петрович удивленно вскинул брови.

– Новенькая?

– Ага. Первый день сегодня, – заулыбалась я.

– Фамилия? – потребовал он.

– Дыньдина, – ляпнула я.

– Тебя в списках нет. – Он пробежал глазами записи.

– А меня еще не вписали, – доверительно сообщила я. – Сергей Анатольевич сказал после смены к нему подойти.

– Сколько сделать успела?

– Триста шестьдесят, – ответила я и тут же принялась оправдываться: – Так я не с начала смены работала.

Только к обеду пришла.

– Неплохой результат для первого раза, – похвалил Павел Петрович.

– Я уже могу идти? Мне еще уборку добавить обещали.

– Иди. Завтра к восьми, не опаздывай, – предупредил Павел Петрович.

Я улыбнулась и выскочила за дверь. После духоты формовочного цеха воздух захламленного ангара показался мне просто целительным. Я дышала полной грудью и не могла надышаться.

Испарения, поднимающиеся сразу от двадцати нагретых «лап», забили легкие до отказа. «Долго ты так не выдержишь, Татьяна. Нужно действовать быстрее, иначе заработаешь астму или туберкулез», – с таким напутствием самой себе я подошла к кабинету Сергея Анатольевича. Завидев меня, тот расплылся в широкой улыбке.

– Как тебе первый рабочий день? – поинтересовался он.

– Душно, – честно призналась я. – Мне бы что-то, от чего не задыхаешься.