Одна на миллион

Конечно, Машка думала, что предки об этом не узнают, они ведь за границей были, но вернулись на неделю раньше…

– Однако сейчас Кирилл здесь, в Тарасове, и он не знает, где Маша. Или знает и молчит?

– Ну, может, она кого другого подцепила, – после некоторых раздумий высказалась Можжухина. – Кирюха-то у нее не первый…

– Настя, ты хочешь сказать, что твоя подруга вот такая отчаянная эгоистка, что она могла с кем-нибудь познакомиться, забыть про все на свете: про работу, Кирилла, родителей, наконец, и уехать с малознакомым человеком куда-нибудь развлекаться? – Задав этот вопрос, я не заметила на лице своей собеседницы отражения мыслительных процессов.

Казалось, она ждала, когда же наше общение закончится и можно будет пойти по своим делам. – Настя, так что ты об этом думаешь?

– О чем? – спросила девица так, будто она меня совсем не слышала.

– Мне показалось, ты хотела сказать, что Маша – девушка влюбчивая, способная на непредсказуемые поступки и…

– Ничего такого я не хотела сказать, – оборвала меня Можжухина.

 – Я не знаю, где Баранова, и все тут! Я вообще ничего не знаю и знать не хочу!

– Как это ничего не знаешь?

– А так!

– Но это же ты наплела Кире Леонидовне, что я взяла у Маши деньги, а помогать ей не стала. Зачем ты ей соврала? – осведомилась я, подавшись всем телом вперед.

– Ничего я не соврала! – огрызнулась Можжухина. – Мне Машка сама так сказала.

– Неужели?

– А разве это не так?

– Конечно, нет! Я отказалась помогать Барановой, и она пригрозила мне, что выкинет какой-нибудь фортель.

Вот и выкинула, оговорила меня…

– Да, Машка на многое способна, только я тут ни при чем, – Настя кисло улыбнулась.

– А я тебе не верю. Баранова, наверное, у тебя дома сидит и строчит статейки в газету?

– Еще чего! – возмутилась Настя. – Я с ней сама на грани ссоры…

– С чего бы это вдруг?

Можжухина немного подумала, потом отпила сока и стала вещать:

– В общем мне срочно понадобились деньги, приличная сумма, такую мне могла одолжить только Машка.

Я пришла к ней домой, чтобы попросить взаймы, а она меня слушать не стала, а начала ныть про свои проблемы, про испытательный срок и все такое прочее. Только я думаю, что это совсем не проблемы. Достаточно было одного звонка папочки или мамочки редактору газеты, так ее без всякого испытательного срока бы взяли. Но Машке стукнуло в голову – ее предки должны быть уверены в том, что она сама устроилась на работу.