Охота на ведьму

Зло же – носитель добра! Они едины, поскольку крайности одного целого. Все в мире и сам он колеблется от пассивности к активности и обратно. От неподвижности к движению – пользуясь силой. Можно бесконечно долго двигаться, стремиться к свету, увлекаясь идеей добра. А можно сознательно воспринять силу тьмы и направить ее на достижение света, меняя силу зла на энергию добра, ибо они – одной природы.

Седая смолкла. Ее ноздри раздулись, и затрепетали приоткрытые губы.

– Толкнем же качели своего сознания во тьму, и обретем силу знания истины и истратим ее на познание добра.

На обретение высокой энергии света! Во имя служения людям, во имя исцеления их от физических немощей и духовных хворей, принесем в жертву себя на кресте вхождения в свет. Опустимся во тьму, сестры, по доброй воле, глубоко осознавая необходимость этого шага!

* * *

Небольшой супермаркет, сияющий витринами с двигающимися в них разноцветными рекламными прибамбасами привлек наше внимание издалека. Зазывно помигивали синими неоновыми буквами вывески, освещая узкую улицу.

Ну как не остановиться!

Хлопнув дверцами, мы покинули машину и вошли внутрь, к ломящимся от снеди стеллажам.

Пока Константин от избытка энергии переругивался с охраной, я, толкая перед собой тележку, прошла к закромам. В общем-то, все у нас с ним было – кроме, как говорится, нужды. Просто захотелось проявить творческие способности здесь, в этой области. Он выбирал для меня, я для него, и тележка быстро наполнялась всякой всячиной. Мы радовались и радовали друг друга – и все тут.

Все вокруг посматривали на нас с улыбками, и даже охрана нас понимала.

Возле дома мы немного поспорили и устроили потасовку в тесном пространстве между сиденьями и лобовым стеклом, споря, кто останется парковать машину, а кто потащит пакет по лестнице к квартире. Первое было предпочтительней, потому что лифт в подъезде не действовал уже третьи сутки. Перекричать его я сумела, а потасовка закончилась вничью. Машина была моя, и парковать ее досталось мне.

И пакет держать тоже мне пришлось, а нести его – вместе со мной – Косте. Взопрел сэнсэй и задохнулся, доставив нас на шестой этаж, но от своего не отступил.

Мы были голодны и испытывали жажду после бани. Пока Константин перетирал бокалы и ополаскивал бутылки перед водружением их на стол, я обдирала упаковки с полуфабрикатов, а когда пиво зашипело и пенной шапкой полезло через края посуды, из кастрюль на плите уже валил ароматнейший пар от булькавшего в них варева.