Оргия за тридевять земель

Оглянувшись, он, по всей вероятности, сообразил, что ничего хорошего ему ждать не следует, и со всех ног бросился наутек.

Я бросилась в погоню, но негодяй ловко свернул за один из гаражей. Я вернулась к Виктору Владимировичу, дабы не оставлять его одного и не подвергать новой опасности.

Я подобрала с асфальта нож, предварительно обернув рукоятку рукавом, дабы не оставлять на ней своих отпечатков и ничего не стереть. Маловероятно, но вдруг на ноже что-нибудь да сохранилось? Нечего его пачкать. Нужно использовать каждый шанс.

После этой процедуры я взяла клиента за руку.

– Пойдемте скорее! – сказала я. – Дома разберемся, что к чему!

* * *

Настроение у Светина после данного инцидента резко испортилось. В глазах клиента, несмотря на все его попытки скрыть свое состояние, я смогла прочесть страх.

– Значит, охота на меня продолжается, – задумчиво произнес Виктор Владимирович. – Знать бы вот, кому это нужно…

– Полагаю, тому, кто не желает, чтобы вы выяснили правду об убийстве Игоря Сергевича Маркова, – сказала я.

– Да уж… Как вы думаете, Евгения Максимовна, в какую сторону нам теперь податься?

– Неплохо бы пообщаться со студентами, повыяснять насчет этого преподавателя «икс», который увлекается взятками и молодыми студентками, – предложила я.

– А мне кажется, куда перспективнее раздобыть побольше информации о конференции, на которой должен был выступать мой отец.

– Вы можете спросить у него.

– Могу, но я хочу начать прояснение ситуации прямо сегодня, а в СИЗО, как я уже говорил, этот день – неприемный.

А потому я думаю вот что…

– Я вся внимание, готова следовать за вами, куда прикажете, и попутно оказывать посильную помощь.

Светин кивнул:

– Так вот, как сказал Степан Олегович, на биофаке о теме докладов никто не знает: ни мой отец, ни Марков тайны никому не открывали. Но что, если мы отправимся за информацией прямиком в Дом журналистов?

– Хорошая мысль.

– А как, по-вашему, Евгения Максимовна, нам лучше себя повести, чтобы в Доме журналистов согласились ответить на наши вопросы?

– Я думаю, следует прикинуться именно журналистами.

Сотрудниками какой-нибудь мелкой газеты из другой области, скажем, Пензенской. Немного поблефовать, что, мол, мы слышали о сенсационном докладе, с которым должны были выступить такие-то люди и который сорвался. Если в Доме журналистов не будут молчать как рыбы, если мы не наткнемся на глухую стену секретности, у нас все получится.