Печали веселой семейки

– Скажите, пожалуйста, – обратилась она к ним с вопросом, который задавала уже, наверное, раз пятьдесят, – вы не видели здесь светловолосого молодого человека в кожаной куртке и джинсах, с серым кейсом?

Трое мужиков уставились на Эмму Эдуардовну со странным интересом.

– Гляди-ка, – удивленно сказал наконец один из них, – на дамочке брюликов с рыжевьем понавешено тыщ на десять рублев!

– Это бриллианты-то от Картье стоят десять тысяч рублей? – с достоинством парировала Эмма Эдуардовна, которая даже в такой сложной ситуации не могла отказать себе в удовольствии показать свое материальное превосходство над окружающими.

 – Вместо «рублей» скажите «долларов», вы, неотесанные мужланы!

У мужиков дружно отвисли челюсти. У одного из них, кажется, даже выпал изо рта замусленный «бычок», но он этого не заметил, не до того было. Перемигнувшись, мужики начали наступать, окружая Воблу со всех сторон.

– Они хотели меня изнасиловать, – кокетливо произнесла Вобла, стыдливо опустив глазки.

 – Я всегда умела нравиться мужчинам.

Сомневаюсь, что у нападающих действительно было такое намерение, но если оно и было, то тут же испарилось, когда один из мужиков достал карманный фонарик и нацелил луч на предполагаемую жертву.

– М-да-а, хороша красна девица, – заключил он. – Тебе бы, милая, сниматься в фильме «Мумия возвращается», без грима на главную роль подойдешь! Ну что, устроить тебе кинопробу? А ну, красавица писаная, скидай-ка пальто.

Да побрякушки свои сними, не забудь. Пока добром просим. Пискнешь – хуже будет!

Вобла твердо решила сопротивляться, но, по ее же словам, «что может сделать одна беззащитная женщина против троих огромных, дурно пахнущих мужчин»? На самом же деле для беззащитной женщины она действовала достаточно решительно, – судя по беспорядку в одежде, отдать добром свое кровное имущество она наотрез отказалась. Началась свалка.

Кому-то из нападающих Вобла успела прокусить руку, благо вставные зубы были высокого качества, кому-то нанесла тяжкие телесные повреждения, расцарапав ему всю морду ногтями, кто-то испуганно вскрикнул, потянув Воблу за волосы и стащив с ее головы парик. Наверное, подумал, что в пылу сражения ненароком снял со своей жертвы скальп. Но численный перевес был явно не на стороне Воблы. Мужики обобрали ее и оставили на поле брани.