Плата за рейтинг

Кстати, пока ты ездила по своим делам, мне звонил продюсер и сказал, что завтра у меня репетиция в филармонии, в десять утра. Так что можешь быть свободна, а завтра к половине десятого я тебя жду.

Мы закончили ужин, Леда встала из-за стола, и я, несмотря на ее протесты, проводила ее до дверей номера. Потом вышла из гостиницы и поехала домой, к тете Миле. А в голове у меня, не переставая, вертелась одна мысль: кто? Кто из окружения Леды так хочет ее смерти? В злопамятство Лимона я не верила. Слишком мелкая сошка, чтобы преследовать столь популярную артистку.

Но на всякий случай нужно было проверить и эту версию. Чем черт не шутит, когда бог спит?

Но, когда я буду заниматься расследованием, Леду должен кто-то охранять. Это сегодня о ее местонахождении никто не знает. А завтра, после того как она появится на репетиции, это уже не будет тайной. Так что мне придется искать себе напарника. Это необходимо, чтобы обеспечить Леде круглосуточную охрану.

Нет, если бы речь шла только о том, чтобы охранять певицу от фанатов, я бы справилась и одна.

Фанаты – не напасть, главное – в лапы к ним не попасть. Что-то я заговорила стихами. Ладно, проехали. В общем, от фанатов охранять – одно удовольствие. Но Леду пытались убить. Один телохранитель уже погиб. Поэтому я должна быть предельно осторожна и обеспечить себе замену на случай отлучки.

Впрочем, сегодня уже поздно кого-либо искать. Некоторые наши ребята ложатся спать в девять, а сейчас уже половина двенадцатого. В общем, завтра будет завтра, и мне остается только приехать домой, принять душ и пожелать тете Миле спокойной ночи.

Глава 2

– Я больше не могу! – взмолилась Катя, заходя на второй круг.

– Можешь, – ответила я на бегу, – иди дальше быстрым шагом.

Катя отстала. Я обернулась и увидела, что она старается отдышаться, остановившись и согнувшись пополам. Я не стала ей больше ничего говорить. Бегать, точнее, двигаться, нужно не менее сорока минут, иначе организм не получит пользы, а жир так и останется на своем месте.

Скажу ей об этом после тренировки.

Я еще раз обернулась и удовлетворенно хмыкнула. Катя отдышалась и теперь шла по дорожке бодрым спортивным шагом. Вообще-то ей со мной тягаться трудно. Я – человек привычный. Для меня сорокаминутная пробежка – только разминка. А для нее – испытание на прочность. Ладно. В следующий раз не буду заставлять ее бегать, пока не задохнется. Нужно будет разметить маршрут, с тем чтобы мой психолог могла тренироваться без перегрузок.