Подкова для летучей мыши

А я-то… с какой стати я-то с расспросами полезу? Посредник, оценщик… Да эти ребята меня на пушечный выстрел не подпустят. Разве что…

И тут у меня мелькнула гениальная мысль. Ведь «Троеручица» – не единственная икона, которую в своей жизни приобрел Хромов. У него найдется пара-тройка и других. Что, если я ненадолго одну из них экспроприирую? Наталье можно будет сказать, что таким образом я надеюсь выйти на того, кому продана украденная икона (что, в общем-то, совсем недалеко от истины), а я, со своей стороны, получу прекрасный, стопудовый, неопровержимый аргумент для проникновения в закрытую сферу торговли антикварными древностями.

Идея была очень недурна, и в том случае, если у меня не окажется других поводов побеседовать с оценщиком, которого выдал мне Андрюша, над ней весьма и весьма стоило поразмыслить.

Но это – после. Удачная мысль запротоколирована и пронумерована и засим – отложена до более подходящего времени. Сейчас нужно сделать то, зачем я пришла сюда, – со всей добросовестностью изучить официальные материалы расследования.

Было уже около восьми, когда я посчитала, что извлекла из папок все, что необходимо, и могу со спокойной совестью закрыть их.

– Андрюш, ты что, и правда сегодня с ночевкой? – прервала я поток мыслей погруженного в себя однокашника.

– Да нет, тут еще… немножко. Осталось.

– Ты давай не засиживайся. Перерабатывать вредно. Завтра еще будет день, наверстаешь.

– А ты как, все узнала, что хотела?

– Ну, хотела-то я, как сам понимаешь, узнать, кто убийца, а этого в деле, кажется, пока нет.

– Эк губу раскатала! Хочешь гонорары получать – трудись.

– А я что делаю? И на себя тружусь, и еще кое-кому время от времени помогаю, преступничков тепленькими подбрасываю. На безвозмездной основе, заметь.

– А мы что, мы благодарны. Причем тоже не только на словах, если вы заметили.

– Заметили, заметили. Спасибо, Андрюша. Будут новости, обязательно поделюсь. Я добро помню. Но сейчас, и правда, домой пора. Я стартую, да и ты не засиживайся.

На этой оптимистической ноте я закончила беседу со старым другом и поехала домой, анализировать и переваривать все неизмеримые объемы полученной сегодня информации и делать выводы и предположения.

Дома, заварив кофе, я устроилась на диване, поставив перед собой чашку и положив записную книжку, где были отмечены ключевые пункты официального расследования, а также адреса и фамилии интересующих меня фигурантов.