Под ручку с мафией

Очень хорошо! Ну и где он сейчас? Выехал? Нет? Я его, Киренька, вчерашним вечером воочию видела. Мельком, правда. Тот самый мужичок в старом пуховике, у шубаровского особняка вышедший из калитки, сразу как я подъехала. Что? Вот это номер! В реанимации! Четыре ножевых! Выходит, сразу после того, как я его видела. Это он тогда в темноту-то навстречу ножу пошел, бедолага! В какой, ты говоришь? Так. В первой городской, в реанимации. Я запомню. Знает больше, чем говорит. Как молчит? Так, наглухо! Интересно. Стас – наглухо! Коврин – наглухо! Этого – ножом! Того – шантажом! Вот что, подполковник, чтобы озабоченность твоя мною и дальше тебя донимала, дай-ка я тебя сейчас, да принародно! И не сопротивляйся, не смей!

Я обняла Вовку Кирьянова за шею и, не ерничая нисколько, ну, может, только самую малость, крепко поцеловала в губы, чуть дольше, чем следует, продержав момент контакта.

– Спасибо, Володенька, век твоей доброты не забуду!

– Танюха! – коснулся он моих волос. – Ты же умная девочка, ну, не перебегай дорогу нашим, не ищи неприятностей!

– Я и не ищу их, товарищ подполковник, они меня сами находят.

А с вашими я конкурировать не собираюсь. Ограбление дома меня не интересует, по крайней мере – пока. Люди – Шубаровы, Коврин – да, а ограбление дома – нет. Так что книжный шкаф – один, а полки – разные. Понимаешь?

Что? Почему я ими интересуюсь? Володенька, расскажу все в подробностях, но попозже, ладно? Не обидишься? Не обидится, не такой он.

Вот человек, как поговорю с ним – на душе тепло.

Расстались, пошли в разные стороны, оглянулась – и он оглянулся тоже. Руками помахали.

Итак, в свете неожиданно открывшихся обстоятельств решила я «шевельнуться» сегодня еще раз. Вознетерпелось, так сказать, а проще – испытала любопытство. Очень захотелось мне поговорить с Эллой Владимировной Шубаровой, узнать у нее – как там Стасик себя чувствует. Все-таки поцеловала я его сегодня. В лоб. Каково его впечатление от этого моего поцелуя да и от всей встречи нашей в «Вене»?

До автостоянки, где с вечера отстаивалась моя красавица, рукой подать.

Наблюдает ли кто за машиной? Вряд ли. Нецелесообразно. Однако, отпирая ее, не могла удержаться, чтобы не бросить несколько внимательных взглядов вокруг. Тоже нецелесообразно. Большой двор, забитый техникой. С одной стороны – громада института смотрит сотнями глазастых окон, с двух других – жилье. Разве вычислишь наблюдателя в таких условиях.