Под знаком Близнецов

Широкая кровать, огромный телевизор, навороченная музыкальная система с колонками во всю стену… Ничего себе! Что же, Глебушка в курсе всего, что происходит в доме, точно евнух в гареме? Или он все-таки отключает камеры на ночь? Мое внимание привлекла странная комната на первом этаже. Там не было никакой мебели – только какие-то матрасики на полу. Миски с водой по углам не оставляли сомнений, что именно здесь проживают девятнадцать бульдогов.

– Это б-бульдожья, – сообщил мне Глеб. – Хозяин отвел им лучшую комнату в доме.

Там в первой половине дня всегда солнечно. К-когда родились дети, К-катерина Ивановна предложила устроить там детскую. Но Иван К-константинович отказался!

В голосе Глеба звучала гордость, а вовсе не осуждение.

– Скажите, Глеб, а вы давно работаете в этом доме?

– Д-давно. – И охранник повел меня дальше, явно не желая вдаваться в подробности.

Первый бульдог попался мне у входной двери. Тигрового окраса, довольно толстенький, похожий на дружелюбную жабу. Мне показалось, что он улыбается.

– Это Герцог Мальборо. Смотрите не наступите, он любит в-валяться где п-попало.

Следующей была компания из трех черно-белых особей, которые рядком сидели на площадке между первым и вторым этажами. Выглядели они так, будто прямо сейчас примутся петь хором.

– Жутко умные т-твари! – сообщил мне Глеб. – Хозяин с ними постоянно разг-говаривал. Они бы давно заговорили сами, если бы их п-пасти п-позволяли…

Я взглянула на бульдогов повнимательнее. Действительно, собаки выглядели удивительно умными.

– Скучаете по хозяину? – тихо спросила я, проходя мимо. Они переглянулись и вильнули короткими хвостами.

На первом этаже помещались комната охраны, кухня и столовая, а еще неплохой тренажерный зал. Кроме того, здесь проживали Глеб и Маша, а также девятнадцать французских бульдогов. На втором, располагались комнаты детей, гостиная, хозяйская спальня, кабинет Катерины, две гостевых спальни и комната загадочного вида, именуемая «музыкальный салон». В одной из гостевых мне предстояло поселиться.

Кроме того, на втором этаже имелась комната покойного Ивана Константиновича, закрытая на ключ.

К дому примыкал гараж на три машины, в подвале был тренажерный зал. Спускаться туда я не стала. В отдалении стоял сарай, больше всего похожий на конюшню.

– Что это там у вас? – спросила я Глеба.

– Раньше, давно еще, Иван К-Константинович держал там д-двух лошадей, – с гордостью сообщил мне охранник. – А т-теперь там летом живут б-бульдоги.