Поиграли и хватит

Да и за словом мой потенциальный клиент в карман не лезет. Даже – за русским!

– Конечно, ошибались, Рэй. Женщина-детектив должна владеть всеми видами оружия. В особенности теми, против которых мужчины бессильны.

– Знаете что, дэтэктив? Я хотел бы сдаться вам без сопротивления и прямо сейчас.

Рэй шутливо поднял над столом руки. Они выглядели холеными, но, сдается мне, эта ухоженность была обманчивой…

– А вы не спешите сдаваться, мистер Лионовски. Сопротивление врага только обостряет радость победы.

– Вот как? А вы азартный человек, Татьяна… – Он положил руки на стол и подался ко мне: – Только в одном вы не правы: я вам не враг.

Я – друг, Таня! Надеюсь, вы в этом не сомневаетесь?

– Пока нет причин. – Я продемонстрировала клиенту, что тоже умею улыбаться. – Может быть, перейдем к делу, Рэй?

– А вот теперь вы спешите, Таня. Дело от нас никуда не уйдет. И спешка уже ничего не исправит.

Улыбка слетела с лица Лионовски. Он отвел сразу потемневшие глаза, а руки сжались в кулаки.

– Выпьете что-нибудь, Таня? Я бы не отказался сейчас.

Честно говоря, чувствую себя ужасно… после всего этого. Меня же разбудили в шесть часов. Все утро беседовал с милицией и ФСБ. Вы не представляете, что мне пришлось пережить…

– Я-то как раз представляю. Если не возражаете, мне, пожалуйста, коньяк.

– Разумеется.

Он только махнул рукой. И через шесть секунд, не больше, потрепанная девица в розовом форменном «элитном» передничке, под который она, кажется, забыла надеть юбку, принесла не две рюмочки коричневой жидкости, а целую бутылку.

И к ней – несколько ломтиков лимона на блюдечке, два больших золотистых персика, шоколад и штук шесть пирожных. Все это было приправлено пожеланием приятного аппетита и улыбочкой, которая адресовалась, разумеется, не мне. Как видно, мистер Лионовски был здесь тем клиентом, которым дорожат.

– Прошу, Танечка. Извините, я заказал на свой вкус: обожаю сладкое. Пирожные должны быть неплохими.

Рэй налил, и мы, не чокаясь, выпили за упокой бедной души раба божия Александра Ренуа.

Вспомнив об ужасной причине нашего знакомства, мы оба сидели мрачнее тучи. Я с трудом боролась с выступавшими слезами. Рэй тоже выглядел неважнецки: конечно же, чудовищная смерть друга потрясла его, как бы он ни бодрился. Я только теперь заметила у него под глазами темные круги – результат бессонной ночи и пережитого горя.

– Рэй, вы… видели его?

Он сразу понял, что я имею в виду. Коротко кивнул – и отвернулся.