Помощница палача

Внутри же находилась позолоченная монограмма, состоящая из соединенных друг с другом букв «А» и «П». Лилия Павловна заверила, что Алина обязательно узнает этот медальон. И когда она увидит вещицу, принадлежащую семье, поймет, что я действую по просьбе ее родной бабушки.

Так что, как и рассчитывал Генка, я не просто встречусь с Алиной в неволе, у меня будут хорошие рекомендации. Остается надеяться, что они действительно пригодятся. Но надежда – это, конечно, замечательно, а расслабляться все равно не стоит, а значит, не нужно забывать и о моей легенде.

Ведь подготавливая свою операцию, Петров не стал продумывать особых деталей моей биографии. Потому как любой, кто станет наводить справки, наткнется на гриф «секретно». Мне же это не совсем подходило. Конечно, бывший военный специалист, рассказывая о себе, вполне может начать напускать туману и кое-что замалчивать. Но если собираешься навести с человеком мосты, расположить его к себе и склонить к откровенным разговорам, подобное поведение не подойдет. Нужны истории из дней военной службы, различные воспоминания, включая детали и подробности. Причем такие, что не оставят и крохи сомнений в моих словах. Также важно ничего не перепутать и не сказать лишнего. А чтобы подобных накладок не происходило, сейчас в тишине и спокойствии мне как раз и предстояло хорошенько продумать все детали и подробности моей выдуманной биографии.

Несколько дней у меня ушло на подготовку. Я продумала все основные вехи «своей» биографии. Адаптировала для широкой публики или придумала несколько историй из времен «своей службы».

В моем репертуаре были и веселые, и грустные, и поучительные рассказы, на разные случаи жизни. На всякий случай я придумала внятное объяснение тому факту, что меня не посещают родственники в тюрьме. Наконец после долгих раздумий я решила, что в моей истории нужно оставить немного места и для импровизаций. Во-первых, они мне всегда мастерски удаются. А во-вторых, по моему скромному мнению, слабое место любой совершенной легенды как раз в том, что ее приходится заучивать. И, разумеется, проблема не в том, что это сложно или может подвести память. Как раз на память я никогда не жаловалась. А в том, что придуманный и заученный текст и звучит зачастую как заученный и никакой другой. И хороший лжец или талантливый психолог легко выявит обман просто на слух, даже факты проверять не придется. Другое дело – заученная легенда плюс доля талантливой импровизации.