Помощница палача

Она, будучи пособницей насильников, попадает в категорию низких личностей, таких как детоубийцы, наркоманки и стукачки, что работают с начальством колонии. Их не любят, не уважают, зачастую избегают с ними общения или откровенно травят и избивают.

Впрочем, наверное, это зависит от многих обстоятельств. От того, как поведет себя Алина, от того, станет ли ее сокамерницам известно, за что именно она оказалась в заключении. И, наверное, оттого, приглянется ли девушка старшей по бараку.

В женской колонии нет воров в законе или смотрящих.

Вершину местной скромной иерархии составляет старшая по бараку и по лагерю соответственно. Как правило, она избирается сокамерницами, при условии одобрения ее кандидатуры начальством тюрьмы. Старшая избирает себе помощниц. Они исполняют ее поручения и следят за порядком, графиком дежурств и прочим. И от взглядов этой женщины и от того, какую она станет проводить политику на подведомственной ей территории, зависит многое.

* * *

На следующее утро мой карантин был завершен.

Конвоир проводил меня к административному зданию и завел в кабинет начальника тюрьмы. Наверное, каждый вновь прибывший заключенный проходил через аудиенцию у начальства, распределение на работу и так далее.

Кабинет начальника был обставлен довольно аскетично. Обыкновенный письменный стол, несколько стульев, книжные полки, большой шкаф со стеклянными дверцами, сквозь которые были видны корешки толстых папок с делами или документами. Одинокий цветок с длинными колючими листьями на подоконнике.

За столом, в некоторой тесноте, сидели двое мужчин в форме, оба среднего возраста и ничем не примечательной внешности. Один был немного плотнее и, может, чуть старше другого. Они оба листали какие-то бумаги, кажется, мое дело изучали, и в тот момент, когда я вошла, один на что-то указывал другому и эмоционально что-то говорил. Но резко замолчал, едва открылась дверь. Конвоир доложил о прибытии заключенной. Я переступила порог, дверь за мной закрылась. Я осталась молча стоять на месте. Молчали и мужчины, они продолжали пялиться в документы и делали вид, что меня здесь нет.

«Вот вам и подготовилась, – думала я тем временем, – нужно было хоть в общих чертах узнать у Генки, как положено себя вести новоиспеченному заключенному с новым начальством. Мало того что я за столько лет на вольных хлебах отвыкла от подобного общения, но и, подозреваю, в исправительных заведениях существуют собственные ритуалы, обязательные для выполнения».

Пауза затягивалась.