Последняя роль примадонны

Этот дом возводился, видимо, для партийных работников. Такой вывод я сделала, как только зашла в подъезд. Свежий ремонт, широченная лестница и злобная консьержка, как вишенка на торте.

– Вы к кому? – злобно взглянула на меня женщина поверх газеты.

– Я в сорок пятую, к Лидии Михайловне, – я попыталась быть милой.

Консьержка не впечатлилась.

– У вас назначено?

– Нет, но я думаю, что она не откажется со мной пообщаться.

– Сейчас мы это проверим. Представьтесь? – Женщина взяла телефон, нашла в списке какой-то номер и позвонила.

– Татьяна. Я хочу поговорить о Валентине, она исчезла. Ее ищут.

– Але! Лидочка! – заорала консьержка в трубку. – Тут к тебе пришла какая-то Татьяна. Говорит, что какая-то Валя пропала и ее надо найти! Пускать? Можете войти.

Консьержка выглядела немного обиженно. Видимо, ее расстроило, что не удастся вышвырнуть меня вон, да еще и обругать.

Отыскав нужный этаж и квартиру, я только поднесла руку к звонку, как дверь распахнулась. Меня спасла только хорошая реакция.

Отпрыгнув в сторону, я на секунду представила, как добротная металлическая дверь со всего маху впечатывается мне в лоб.

В дверном проеме стояла пожилая дама. Такая типичная сказочная бабушка. Полненькая, с короткостриженными вьющимися волосами, с круглыми очками на кончике носа, в цветастом платье, белом переднике и мягких комнатных тапочках.

– Добрый день, – внезапно строгим голосом поприветствовала меня дама. – Вы Татьяна?

– Здравствуйте, да. Я пришла поговорить с вами о вашей дочери Вале.

– Проходите на кухню, – было это приглашение или приказ, я так и не разобрала. – Снимайте обувь, вот тапочки.

Переобувшись в одноразовые гостевые тапочки, я прошла за хозяйкой на кухню.

Квартира, как я и догадывалась, была очень большая, просторная и светлая. Кухня – просто огромная, обставленная всей необходимой и не очень техникой. Хозяйка, судя по всему, ярый педант. Все кружечки стояли на полочке ровным рядочком и их ручки были повернуты строго в одну сторону.

Разделочные доски стояли в специальной подставке четко по размеру, от меньшей к большей. Кухонные полотенца были белоснежными и отглаженными и аккуратно висели на специальных держателях. На полочке стояли емкости для риса, гречки, гороха и прочих круп. Они стояли как под линеечку, каждая была подписана и, естественно, содержимое банки полностью совпадало с надписью. Кругом царила прямо-таки стерильная чистота. Даже пыль, видимо, обходила эту квартиру стороной.