Продается случайная смерть

– Что же ты до сих пор молчал?

– Не знаю, только сейчас об этом вспомнил, когда тебе стал рассказывать… Совпадает все: несколько убийц – трое или четверо, – снова оружие не наше, опять белая шляпа. И никаких следов. Только убитый был не из Тарасова, а из Волгограда.

– Нашли убийц? – с надеждой спросила я.

– Нет, Тань, не нашли. Глухо, как в танке.

– Так что же, дело сдано в архив?

Кирьянов молча развел руками.

– Слушай, Володь, а ведь два аналогичных убийства подпадают под определение закономерности.

– Тань, если события почти один в один повторяются два раза, то это еще не закономерность, а совпадение. Закономерность – это когда более трех раз.

– Так никто ведь такой статистики не вел! Кто знает – может, подобное было и три, и даже четыре раза… В общем, пока ясно одно: на обычную разборку убийство Крашенинникова не тянет. Так?

– Да, пожалуй, – согласился Кирьянов. – Для обычной разборки слишком много всего… экстравагантного, что ли… Несколько киллеров, белая шляпа, оружие чуть ли не именное.

– Ты мне распечатай дело этого убитого волгоградца, – попросила я. – Может быть, потянется какая-нибудь ниточка.

– Хорошо, сейчас найду, – ответил Кирьянов.

Он открыл базу данных, пощелкал мышкой, и вскоре у меня в руках была тоненькая стопка бумаг. Да, негусто. Но все-таки лучше, чем ничего.

– Так ты говоришь, что со следами автомобильных покрышек тоже ничего не ясно? – спросила я.

– Они настолько смазаны, что совершенно не годятся для сравнения.

– Ладно. А как насчет марки машины? Кто-нибудь видел, на какой именно машине скрылись убийцы?

– Нет, Тань, свидетелей нет. Они же припарковались в соседнем дворе.

– Ах да! Надо полагать, в соседнем дворе никто не живет, – не без сарказма заметила я.

– Наш сотрудник поспрашивал-поспрашивал, но народ все больше отнекивался: темно было, зрение слабое, в марках не разбираюсь, то да се. К тому же номера наверняка перебитые.

– И что же, что перебитые? Хотя бы представление иметь о том, на какой машине уехали преступники… Ладно, Володь, распечатай мне еще фотографию Крашенинникова – ту, что в паспорте. Вдруг пригодится.

– Ага, сейчас, – согласился Кирьянов. – Только она маленькая слишком – надо бы увеличить. Подожди, я на минутку.

Вскоре он вернулся и протянул мне увеличенную фотографию:

– Готово, держи!

Мы распрощались, и я вышла из отделения.