Прятки в темноте

– Может, расслабишься хоть на минуту? – Максим оторвал руку от талии и положил пальцы на мой подбородок, чтобы приподнять голову.

Я послушно заглянула в его изумрудные глаза, всё ещё думая о Прасковье и Кристине.

– Таня…

– Макс, я ведь говорила, что приехала сюда из-за подруги, и ничего, кроме неё, меня не интересует, – я говорила правду, но где-то в глубине души осознавала, что прямо сейчас по коже бегут лёгкие мурашки, вызванные его парфюмом и близостью.

Я старалась не зацикливаться на мужчинах и не воспринимать их всерьёз.

Карьера для меня была и останется куда интереснее ненужных взаимоотношений. И как объяснить мужчинам, что мне совершенно не нужно их внимание, хоть и приятно?

– Разреши просто узнать тебя поближе. Без грязных намёков. – Макс коснулся губами мочки моего уха, и на секунду у меня перехватило дыхание.

От неожиданности я сначала растерялась, растворяясь в моменте, а затем отошла от парня.

– Поиски, Макс, – сухо проговорила я и направилась на выход.

Открыв дверь, я поняла, что давно стемнело.

Возле крыльца стояли несколько мужичков и над чем-то громко смеялись.

Их обсуждение было бурным и от меня укрыться не могло. Я специально замедлила шаг, чтобы постараться извлечь максимум информации. С этими жителями посёлка разговаривал Макс, поэтому я не знала их по именам. Все были, словно бокалы, до краёв наполнены алкоголем.

– Афоня-то разнервничался, видали как? Неужто из-за Яшки так запереживал? – Я остановилась в нескольких шагах от мужчины и сделала вид, что ищу в сумочке ключи от машины.

– Чёрт его знает. Весь позеленел, как я ему сказал. Побежал куда-то, – ответил его товарищ, вскидывая руку с алкоголем и заливая добрую четверть бутылки разом.

– Может, он Нинку его заприметил? А что, баба в самом соку – шестьдесят три всего! – захохотал третий, и весь этот разговор перешёл в безобидные пошлые шутки, которые я по природе своей не очень одобряла.

– Идёшь? – Максим приобнял меня за талию со спины, заставляя вернуться в реальность.

Я кивнула и двинулась к автомобилю. Меня терзали смутные сомнения, что Афанасию Кирьяновичу действительно жаль погибшего дворника Яшку. Тут что-то более глубокое, и уж вряд ли проблема увеличения количества вдов в Забивалове.

Всю дорогу я молчала, пытаясь продумать все возможные мотивы поведения Афони, но, пока не имея более точных фактов, делать выводы было сложно. Максим покорно сидел рядом и не мешал мне вести авто и следить за дорогой.