Пятница, тринадцатое

Ее лицо вдруг резко изменилось, с него мигом исчезла доброжелательная улыбка, а рот в ужасе приоткрылся. Вера поднесла дрожащую руку ко лбу, как будто хотела смахнуть с него невидимую прядь.

Удивленный Артем уже вставал из-за стола, чтобы подойти к жене, но Вера взяла себя в руки и, снова изобразив на лице улыбку, – вернее, ее жалкое подобие, – попыталась сделать несколько шагов.

– Тут так душно… – извиняющимся тоном проговорила она. Затем пошатнулась и стала медленно оседать на пол, уцепившись рукой за скатерть на журнальном столике перед телевизором.

Артем Погодин не успел подхватить ее в падении, и Вера распростерлась перед всей честной компанией на мраморном полу столовой, сдернув скатерть и свалив на себя ворох старых газет.

К Артему бросился майор. Он помог Погодину переложить Веру на диван, стоявший у соседней стены, и вместе со взволнованной комендантшей сбегал за нашатырем в ее комнатку, где находилась аптечка.

Все сидевшие за соседним столиком остались на своих местах. Сема Волков удивленно качал головой – ну, мол, бабы какие развелись чувствительные! Его жена сочувственно вздыхала.

А вот Капустин почему-то улыбался и смотрел на Дору, которая задумчиво разглядывала суету остальных постояльцев возле Веры.

Наконец Погодина пришла в себя. Дернув головой после того, как к ее носу дважды поднесли флакон с нашатырем, Вера с трудом открыла глаза.

Артем помог ей приподняться, и Вера, опомнившись, одернула задравшееся платье.

– Так неудобно, – быстро говорила она, обращаясь к присутствующим.

 – Приехала – и сразу в обморок. Подумаете обо мне бог весть что.

Вера почему-то решила, что ей нужно немедленно оправдаться перед отдыхающими.

– Просто меня укачало, – торопливо продолжала она. – Я по гороскопу Рыба, с моим знаком это бывает… И потом, ведь я не поехала на такси, а решила добраться автобусом. В салоне было так душно… У меня в глазах все время плясали цифры… Ведь я закончила отчет только вчера за полночь… Когда я открывала дверь корпуса, у меня уже кружилась голова.

И вот…

Присутствующие молчали, вяло заканчивая свой завтрак. Только Меньшикова сочла нужным поддержать супругу Артема Погодина:

– Наверняка сегодня какая-нибудь сильная магнитная буря, – предположила она.

– Скорее всего, – оживилась Вера. – По телевизору говорили, что Плутон неблагоприятно влияет на мое созвездие… А потом я вошла, и тут… ваш рубин!

– Мой рубин? – удивилась Антонина Платоновна и посмотрела на свою руку.