Самая честная мошенница

Воображая, что я ее действительно слушаю, тетя Мила рассказывала, как она готовила поросенка, чтобы отпраздновать свое возвращение из индийского ада.

– …фаршировала начинкой из гречки, шампиньонов и жареного лука, все это закладывала в брюшко, зашивала, потом смазывала поросенка майонезом, а чтобы пятачок и уши не обгорели, закрыла их фольгой…

– Все, – я отодвинула от себя тарелку, – если съем еще кусочек, то лопну.

– Тебе понравилось? – Тетя с надеждой заглянула мне в глаза. – Если что-нибудь не так, не щади меня.

– Да все так. – Я приобняла ее и, собрав посуду, отнесла в раковину. Тетя отрезала себе несколько кусочков и, пока я мыла посуду, дегустировала поросенка сама, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям. – Когда я в первый раз пробовала, мне показалось, что мясо недосолено. Теперь пробую – вроде нормально.

– Тетя, ты мне что, не доверяешь? – спросила я.

– Доверяю, конечно, но ты – не независимый эксперт, – заметила тетя, – как близкий мне человек, ты можешь оказаться пристрастной.

– Я беспристрастна, как вот этот кафель, – ткнула я пальцем в стену.

– Верю. Не хочешь ли попробовать клубничную коладу? – тетя указала мне на графин, заполненный розовой жидкостью.

– Нет, мне еще, может быть, придется за руль садиться, – возразила я. Напиток напомнил мне яичницу Бурсова.

– Он без алкоголя! – воскликнула тетя Мила, и не успела я открыть рот, как она уже наполнила бокал. – Наверно, он уже нагрелся. Да нет, холодный. Просто йогурт, лед, мороженое и клубничный сироп.

Она достала из холодильника чашку с клубникой.

– Неплохо! – попробовала я напиток.

– Вот видишь, – поддакнула тетя.

– Пойду к себе. – Забрав коладу и чашку с клубникой, я поспешила к себе в комнату, чтобы без свидетелей позвонить Валерию Игнатьевичу. Тете лучше не слышать наших разговоров.

Валерий Игнатьевич находился уже дома и ужинал в кругу семьи.

– Перезвоню через полчаса, – предложила я, однако Валерий Игнатьевич заявил, что потом у него футбол, и тогда уж он точно не сможет меня выслушать.

– Я про это дело, «академик-вымогатель», помните? – проговорила я.

– А, про это. Да полная ерунда, – буркнул Валерий Игнатьевич. – Следователь, что ведет похищение Бурсовой, получил за академика по шапке, но продолжает хорохориться и грозится, что дожмет старика. Академик в больнице. Его уже допрашивали. Он заявил, что требовал деньги, которые ему должна была Бурсова.