Самая последняя правда

Во всяком случае, противопоказаний к родам не имелось.

– У нее не было беременностей прежде? Простите, что я затрагиваю столь интимный вопрос.

– Нет, не было, мы всегда принимали меры. Точнее, Ирма. Она строго за этим следила, пила какие-то таблетки. Вон они, в шкафчике в кухне, можете посмотреть.

– Обязательно посмотрю, спасибо за откровенность, – сказала я. – Но это сейчас не самое главное. Скажите, у Ирмы были враги?

– Нет, – Виктор посмотрел на меня с легким недоумением. – Откуда? Она неконфликтный человек, очень сдержанная, всегда подчеркнуто вежливая.

– На работе у нее ничего такого не возникало?

Виктор задумался.

– Где-то с полгода тому назад там произошел какой-то инцидент, кажется, – припомнил он. – Но подробностей я не знаю. Ирма говорила только, что у них уволился один сотрудник. И он ей вроде бы не нравился. Она не очень-то переживала по этому поводу, потому я и не расспрашивал ее. Ну, уволился и уволился, не нравился и не нравился.

Хуже было бы, если б наоборот!

Шмелев даже повеселел оттого, что та ситуация оказалась в его пользу. Однако это продолжалось недолго. Вскоре он опять скис и стал совсем вялым: сказывались как бессонная ночь, так и его личные переживания. Пока он совсем не «сварился», я попросила:

– Мне нужен номер телефона Виктории Сухановой и, на всякий случай, ее адрес. А также фотографии вашей супруги.

Шмелев поднялся и, подойдя к серванту, достал из него фотоальбом.

Потом отправился искать свой сотовый телефон. Я просмотрела фотографии.

Ирма Линдгардт оказалась невысокой худенькой блондинкой. Волосы прямые, средней длины. Либо уложены в ровное каре, либо собраны в незатейливый хвост. Самая часто встречающаяся форма одежды – брючный костюм или джинсы. Личико маленькое, худенькое, с заостренным подбородком и длинноватым носом. Тонкие светлые бровки, небольшие глаза. Ни красавицей, ни просто хорошенькой я бы ее не назвала. Стандартная внешность.

Взгляд серых глаз строгий, холодноватый. Чувствовалось, что эта женщина привыкла соблюдать дистанцию в общении.

Я выбрала несколько снимков и убрала в свою сумку, пообещав Шмелеву вернуть их по окончании расследования. Он к этому времени уже нашел свой мобильник и продиктовал мне номер Виктории.

– На всякий случай держу, – пояснил он. – Мало ли куда она Ирму потащит…

– Виктор, еще несколько вопросов, и я закончу вас мучить.