Сердце напрокат

Вообще-то это несколько странно – я не врач и не адвокат, нет необходимости посвящать меня в семейные дела. Я телохранитель и вполне могу охранять сына олигарха, не зная подробностей его биографии. Почему Новицкий решил сделать меня доверенным лицом?!

Миллионер молчал, глядя в сторону. Пальмы за его спиной лениво колыхались на ветру. Я рискнула задать вопрос:

– Что-то не так с девушкой?

– Нет, девушка очень милая, – оживился Андрей Станиславович. – Дело в самом Стасе. Еще в Москве на него было совершено покушение.

Ага, кое-что становится понятным…

– Что именно произошло? – деловито спросила я.

– В Станислава стреляли, – голос Андрея Станиславовича дрожал от сдерживаемого гнева.

– А что правоохранительные органы?

– До сих пор расследуют, – дернул ртом Новицкий. – И вот теперь мой сын неожиданно для всех срывается с места и едет в Тарасов делать предложение своей девушке. Разумеется, я волнуюсь за него. Кто знает, что может случиться… Именно поэтому я обратился к вам.

Ну что ж, все понятно.

– Насколько я понимаю, – осторожно проговорила я, косясь в сторону Скрынника, – у вас есть собственная служба безопасности…

Отставной гэбэшник бросил на меня взгляд, который при известной доле фантазии можно было истолковать как благодарный.

Новицкий позвал:

– Скрынник! Ты где там?

– Я здесь, Андрей Станиславович! – мужчина развернул камеру в свою сторону, потом вернул ее в прежнее положение.

– Да, у меня есть собственная охрана, – кивнул олигарх. – Но дело в том… Станислав их совершенно не слушается.

Я вытаращила глаза. Парня хотели убить, в него стреляли… неужели он настолько легкомысленный, что не понимает грозящей ему опасности?

– У Стаса непростой характер, – в голосе олигарха мне послышались виноватые нотки. Ну и дела! Что же за сынок вырос у милейшего Андрея Станиславовича? И почему миллионер, способный гнуть своих конкурентов и партнеров, как ветер гнет траву, не способен повлиять на собственного сына?

– В общем, я хочу, чтобы за безопасность Стаса до тех пор, пока он не покинет Тарасов, отвечали именно вы, Евгения, – подвел итог Новицкий.

– Что ж, я согласна. Осталось обговорить детали, – я покосилась на Скрынника.

Физиономия главы службы безопасности была покрыта алыми пятнами – как бы хорошо человек себя ни контролировал, но некоторые процессы не подчиняются разуму и воле. Скрынник был в ярости. Хозяин, его обожаемый начальник, больше не доверял своему верному слуге.