Сердце напрокат

Скоро еще прилетит твоя мама с Ойгеном…

Стас насмешливо присвистнул:

– Да, покой и тишина мне обеспечены… Слушай, может быть, я сам решу, где жить и что делать? Я уже совершеннолетний, ты не забыл? И, кстати, почему у меня такое чувство, что все собрались не случайно? Как будто на мои похороны, а?

Я смотрела в окно, равнодушно краем уха прислушиваясь к разгорающейся ссоре между олигархом и его сыном. Мне довольно часто приходится присутствовать при семейных конфликтах. Телохранитель – это такой человек… когда он выполняет свою работу хорошо, его не замечают.

Мне было глубоко неинтересно, какие разногласия мешали семейному счастью олигарха Новицкого. Но не затыкать же уши!

– Не смей так говорить! Мальчишка, щенок! – повысил голос на сына Андрей Станиславович. – Марина искренне тебя любит! Не понимаю, в чем ты ее обвиняешь…

– Ладно, папа, не начинай. – Стас откинулся на спинку сиденья, лицо его позеленело.

Новицкий обеспокоенно взглянул на сына, тронул его лоб и сказал:

– Эх, надо было взять для тебя медицинский автомобиль.

Но его пришлось бы ждать, а мне так хотелось как можно скорее доставить тебя домой, в безопасное место…

– Пап, со мной все хорошо, – сквозь зубы процедил юноша. Мне показалось, что его тошнит.

– Останови! – приказал Новицкий шоферу.

Я взглянула в окно. Наш кортеж находился в чистом поле – уже далеко от города, но еще не доехал до загородного дома. Идея подышать свежим воздухом, когда где-то поблизости вполне может ошиваться киллер, показалась мне не самой разумной.

Лучше дать мальчику пакет и потерпеть до дома…

Но Новицкий не стал бы меня слушать, это было ясно сразу, поэтому я решила не лезть с непрошеными советами.

«Мерседес» и «Лендровер» съехали на обочину. Новицкий вышел из машины, а я помогла выбраться Стасу. Скрынник и его люди стали кругом. Стас покосился на свиту и стиснул зубы. Идея блевать в окружении преданной охраны молодому человеку явно не понравилась.

– Пап, поехали лучше. Я потерплю.

– Сейчас.

Новицкий подошел к краю насыпи, по которой проходила дорога. Далеко внизу лежал город, укутанный снегом. Кое-где вздымались ровные ряды высотных домов, а некоторые районы были застроены одно-и двухэтажными домиками. Оттуда даже поднимались дымы печных труб – как и сто, и двести, и четыреста лет назад, – именно тогда и был основан Тарасов. В морозном воздухе столбы дыма казались разноцветными, и солнце играло на кристаллах льда у нас под ногами.