Скандал в благородном семействе

Но, к его большому разочарованию, я осознала, что все эти дни Эдик прыгал и обхаживал меня лишь ради интересных сюжетов для своей газеты, и мне стало противно его общество: использовать себя в личных целях я никому и никогда не позволяла. Поэтому, гордо вскинув голову, я произнесла:

– У меня нет времени заниматься тем, за что мне не платят. А за раскрытие этого дела вполне можно запросить такой гонорар, что не у каждого хватит денег мне его выплатить. – На минуту я замолкла, а потом добавила: – Или, может быть, ты сам желаешь меня нанять?

Я хитро уставилась на него, пытаясь прочесть по глазам, о чем Эдик думает.

Он же сразу насупился и буркнул:

– Журналисты столько не получают. Хотя если бы я написал обо всем этом статью, то наверняка смог бы получить приличную сумму денег и тогда… – глаза его вновь загорелись, но я повернулась и стала подниматься по лестнице дальше, не желая продолжать бесполезный разговор.

Догнать меня Эдик не попытался, наверное, поняв, что просить меня и дальше себе дороже станет.

Я же была тому только рада, тем более что уже близилась ночь, и я не желала задерживаться в чужом доме даже на лишние полчаса. Все равно от моего пребывания – и бездействия – тут ничего не изменится.

Найдя того, кто, как мне показалось, возглавлял милицейскую делегацию, я поинтересовалась, долго ли еще будут задерживать присутствующих, и, получив вполне исчерпывающий ответ: «сколько надо, столько и будут», отправилась в кухню, где хотя бы можно было укрыться от тяжких вздохов и всхлипов.

До получения полной свободы передвижения мне пришлось высидеть в кухне около часа, еще раз отшить предложение Эдика лично заняться расследованием убийства и выпить не одну чашку кофе. Наконец, разрешение отбыть домой было дано, и я, поймав такси, покинула особняк, сожалея только о том, что и без того одинокая Анна Николаевна теперь осталась совершенно одна. Внучек я в расчет не брала, так как они, судя по их поведению, кажется, не слишком заботились о бабке.

* * *

– Танюша, ну почему вы отказываетесь со мной общаться? – допытывал меня по телефону Эдуард. – Неужели я обидел вас своим предложением о сотрудничестве?

Я обреченно вздохнула: Эдик уже вторые сутки доставал меня звонками, уговорами подумать по поводу его предложения, а сегодня он уламывал меня поехать с ним в милицию, так как одному ему там сведения по данному делу, конечно же, никто не даст.