Сказано – сделано

Открывай!

Я выключила диктофон и приготовилась к встрече со своими «коллегами». Сомов открыл замок, и в квартиру ввалились вооруженные до зубов оперативники. На вопросы, посыпавшиеся на голову бедного Сомова, мы отвечали уже вдвоем.

Самый щупленький из милиционеров оказался самым старшим по званию. Это я определила сразу, несмотря на то что он почему-то был в гражданском. Именно он обратился ко мне со смешным вопросом:

– А вы, барышня, кем приходитесь хозяину квартиры?

– Частный детектив Татьяна Иванова, – чопорно представилась я.

Продолжать не было необходимости. Старший протянул руку и, расплывшись в улыбке, довольно зашевелил роскошными черными усами.

– Как же, как же! Знаем, слышали. Молодцом, девка, так держать!

Да, прозвучали его слова несколько фамильярно, но мне все равно стало приятно. Потому что обычно словосочетание «частный детектив» вызывает у милиционеров кривенькую ухмылочку, такую же, какую вызывает выступление самодеятельного коллектива у артистов, закончивших театральный институт.

А этот хоть и грубовато, но все же оценил мою профессию. И я тоже приветственно улыбнулась.

В необжитой, неуютной квартире Сомовых закипела работа: оперативники приводили понятых, фотографировали, измеряли, опрашивали, искали… Кстати, искали то же, что и я незадолго до них, – орудие убийства. Но им в этом повезло больше.

У коренастого сержанта и его разыскной собаки нюх оказался намного лучше, чем у меня. Но у меня было оправдание – нехватка времени. Я не могла тянуть с вызовом милиции: со времени убийства и так прошло немало времени.

Сомова могли обвинить еще и в том, что он не сразу сообщил о преступлении. Мол, ему потребовалось время, чтобы замести следы и спрятать оружие, из которого был произведен выстрел.

Так вот молодой сержант, взмокший от усердных поисков и удерживания порывов сильной овчарки, разрезал ножом упаковку, в которой стоял до сих пор огромный велюровый диван, просунул руку куда-то вглубь и достал то, что мне найти не удалось, – пистолет.

Это был пистолет.

– Сомов, это ваше оружие?

Глаза Иннокентия округлились.

– Нет-нет, это не мое, – Сомов замахал руками, увидев блестяще-черный пистолет, из которого, по всей видимости, и была убита Инна Гольстер.

– Хорошо, разберемся. Продолжим…

Я познакомилась со старшим по званию, и его фамилия не очень-то меня обрадовала – майор Никоненко был известен как человек самый «крутой», не любивший церемоний с подозреваемыми.