Бессмертный

Дай-ка, – протянул он руку к Минусу, который с полуслова поняв дварфа, вложил в нее колышек.

Дагна старательно вычертил большой квадрат и отбросил деревяшку прочь.

– Копайте здесь, –  сказал он, отходя в сторону. – Два метра земли, потом метр глины и еще столько же известняка. Дальше скала, но там уже есть дыра, останется только расширить. За дело!

Застучали лопаты, вгрызаясь в неподатливую каменистую землю. Работа закипела.

– Что, и правда все так, командир? – спросил Минус, озадаченно почесав затылок, наблюдая за землекопами.

– Тоннель идеально круглый, – устало ответил дварф, отирая с лица пот. – Изгибы и неровности глушат и искажают звуки, а ровные и гладкие стены дают чистое вибрирующее эхо, потому, если уметь слушать, оно расскажет обо всем, что находится рядом.

– Чтоб меня! – восхитился Минус, с еще большим уважением глядя на Дагну, и ткнул локтем Ноч. – Нет, братец, такую науку нам не постичь, хоть пополам тресни. Видать так и будем до скончания века мечами махать!

– Что дальше, командир? – спросил младший О’Тол, отталкивая руку брата в сторону.

– Возьмите несколько человек и тащите сюда лестницы и веревки, – отозвался Дагна. – И бегом в кузницу к мастеру Дрейку, пускай он соберет все самые крепкие клинья и кувалды, которые только сможет найти. Все поняли?

– Будет сделано, командир! – серьезно кивнул Минус.

– Давайте, парни, бегом, – сказал дварф и, поглядев на процесс раскопок, недовольно поморщился.  – Ну а я пока, судя по всему, киркой помашу, вспомню юность.

И Дагна, на ходу снимая броню, устремился к медленно растущей яме.

– Братец! – окликнул он одного из проходящих мимо солдат. – Принеси-ка какое одеяло поплоше, чтоб доспех не на землю кидать, уж будь добр.

– Возьмите, мастер Дагна! – с готовностью рванул у горла фибулу воин.

– А не жалко? – спросил с сомнением дварф, принимая из протянутых рук плащ, но тот лишь улыбнулся и поспешил за своими товарищами.

Дагна, удивленно проводив взглядом воина, пожал плечами и, сложив доспехи на расстеленный плащ, в одном акетоне и латных сапогах спрыгнул в яму, поймав на лету брошенную ему кирку.

– Вонючий пепел… Не земля, а битый щебень, – проворчал он, вбивая стальное острие в особо крупный скальный осколок, что землекопы старательно обкапывали, намереваясь вытащить целиком. – Сейчас пойдет веселей, братцы!

Кусок породы развалился после второго удара под восторженные возгласы людей.