С легким паром!

Слегка дернув Кирьянова за штанину или, вернее, за трусину, я, прыснув, спросила:

– Новый фасон?

– Да пошла ты! Говори скорее, в чем дело!

Владимир снял с веревки, протянутой через всю прихожую, махровый халат, принадлежащий, судя по крою, его жене, и, накинув его на себя, побрел на кухню, шаркая тапками. Я последовала за ним.

– У-а-а-а, – звучно зевнул Киря и зажег газ. – Чай, кофе?

– Ты же знаешь.

Кирьянов лениво открыл один из навесных шкафчиков и достал оттуда кофеварку.

– Думал, ради исключения среди ночи-то откажешься от своего излюбленного напитка.

– Кофемана могила исправит, – ответила я и более серьезным тоном спросила: – Помочь можешь?

– Опять дело?

– Угу, – произнесла я, хрустя сухариком, который достала из вазочки, стоящей на столе.

– Влипла во что-нибудь?

– Не-а, людям помочь надо, соседям.

– Иванова, да ты обнаглела! Вламываешься среди ночи, да еще и без повода! – возмущенно воскликнул Владимир.

– Почему без повода? С поводом! Там мужик голый.

– Кто?

– Голый мужик.

– Где?

– Там, у моих соседей.

– Ты издеваешься? – Киря выкатил глаза так, что стал похож на рака. – Ты заявилась, чтобы позвать меня отлавливать какого-то голого придурка в квартире твоих соседей?

– Вов, успокойся. Ты не понял. Он голый, конечно, и, вполне может быть, придурок. Только ловить его не надо.

– А что тогда?

– Его уже кто-то поймал. Он мертвый. И в этом мы должны ему посочувствовать.

А еще больше моим соседям, которые совершенно неожиданно обнаружили труп в своей собственной квартире и теперь, ввиду некоторых обстоятельств, рискуют оказаться без вины виноватыми.

– Ничего не понимаю!

– Да ты накорми человека, она тебе все по-человечески объяснит! – послышался в дверях заспанный голос Катерины. – Вишь, уже вазочку вылизывать начала.

На самом деле, я и не заметила, как уплела все маленькие кубики сухариков, лежавшие на дне посудины, и начала пальцами выбирать крошки.

– Здравствуй, Катя, – сказала я, едва не поперхнувшись. – Ты уж извини…

– Да ладно, все равно уж разбудила. Вовчика только жалко, ему завтра на работу.

– А ты? – поинтересовалась я, чтобы хоть как-то смягчить свою вину.

– Я на больничном. Младший спиногрыз где-то ветрянку подхватил. Тебе щей согреть?

– Ну если не трудно.

– Какая ты, блин, обходительная! – язвительно мне улыбаясь, протянул Киря.