След погасшей звезды

Я улыбнулась и указала рукой на дверь. Влад тоже улыбнулся и, опустив голову, проследовал на выход.

– Спасибо, вы мне помогли, – сказала я, когда Яковлев уже стоял за порогом.

– Рад был помочь, – ответил он.

Я стала закрывать дверь, но Влад остановил ее.

– Подождите, – от такого взгляда растаяли бы льды Антарктики. – Вы так и не назвали ваше имя.

– Татьяна, – улыбнулась я. – Рада знакомству.

Влад убрал руку с двери.

– До новых встреч, Танечка, – сказал он перед тем, как дверь закрылась.

Многообещающее прощание. Конечно же, я решила, что этим история и закончится, но оказалась не права. Следующим утром по пути из спальни в ванную меня застиг звонок в дверь. Укутавшись в пижамную кофту, я склонилась к глазку. В подъезде стоял человек в форме сотрудника курьерской службы. Я распахнула дверь.

– Татьяна… – курьер явно искал в списке фамилию, которая указана не была. – Татьяна?

– Да, – кивнула я.

– Распишитесь, пожалуйста, – отчеканил он обычную для такой профессии фразу, протягивая мне бланк.

Я намалевала закорючку.

– Спасибо, всего доброго.

Курьер скрылся из виду, на прощание одарив меня заинтересованным взглядом. На полу у двери, тщательно упакованная в защитную пленку, стояла большая красивая ваза, в которой благоухали по меньшей мере пятьдесят роз неистово-красного цвета. Заметив белый лепесток записки, я вынула ее из букета.

«Позвони мне. Влад».

И номер мобильного телефона. Как самонадеянно! На миг мне захотелось изо всех сил пнуть вазу, но это желание быстро прошло, уступив место здравому смыслу.

Даже если Влад – наглец, розы ни при чем, они великолепны, что бы ни происходило. Не без труда подняв вазу, я внесла ее в квартиру. Пахли цветы божественно. Чтобы наслаждаться этим ароматом весь день, я поставила подарок Яковлева на журнальный столик в гостиной и вернулась к обычным утренним делам: чистка зубов, душ, зарядка.

На следующий день ситуация повторилась. Теперь перед моей дверью благоухали белоснежные лилии.

Агентство прислало с ними того же курьера, и молодой человек с большим интересом наблюдал за моей реакцией. Я снова поставила закорючку напротив имени «Татьяна» в бланке заказа и втащила вазу в дом. Разумеется, в букете была записка.

«Не любишь розы? Как насчет лилий?»

Признаюсь, я улыбнулась. Яковлев был красивым мужчиной и находился в том возрасте, который представительницы слабого пола, от мала до велика, считают расцветом сил.