Русская мафия желает познакомиться

Как ты мог его купить?

– Тоже скажешь, подруга, – фыркнул Рогозин, – ты что, не знаешь, как такие дела делаются?

– Просвети меня.

– Я договорился! У меня есть свои прихваты в Аборигенном земельном совете Тиви. Так что островок мне продали с радостью, будь спокойна. Не без оговорок, конечно. Я не могу затевать глобальных строек и вообще ничего, что может повредить первозданной природе. Обязан следить за чистотой и сохранностью береговой линии, за чистотой речки и водопада. Но это все мелочи. Представляешь, у меня есть свой водопад с природным каменным бассейном! Это такая красота! Потом еще экваториальные леса, полные всяческой живности, громадные, в несколько десятков километров, песочные пляжи… И все это мое!

– Поздравляю с приобретением, – хмыкнула я.

– Спасибочки! – просиял Андрей.

– Только не пойму я одного.

– Чего?

– Зачем? Вот купил ты остров, немного порадовался, а дальше-то что? Будешь бегать по пустынному песчаному пляжу или саванне и кричать «мое»?

– Зачем, зачем… Захотелось! Понимаешь, Женька, была у меня давняя детская мечта пожить на необитаемом острове.

– Знаешь, какая в тропиках холодина во время сезона дождей, – поинтересовалась я, – в сочетании с сыростью и порывистым ветром? На фоне этого самый лютый мороз в Тарасове тебе покажется сказкой.

– Уже знаю! – заржал приятель. – В марте как раз сезон дождей закончился, и сейчас начинается настоящая тропическая жара. Но дело не в этом. В Робинзона Крузо я уже вдоволь наигрался.

– И сколько времени на это ушло? Только честно.

– Когда это я тебе врал? – весело возмутился Андрюха. – Три недели.

– Правда? Ты продержался так долго? – искренне изумилась я.

– Если говорить совсем честно, то продержался почти две недели. Остальное время лежал в больнице, лечил лихорадку, расстройство пищеварения, многочисленные порезы, ожоги, аллергию на какой-то тропический ядовитый плющ и отъедался. Мои навыки охотника и рыбака оказались ниже среднего, так что питался я в основном бананами, кокосами и прочей зеленой дрянью, какой на острове великое множество.

– И, конечно, далеко не все из этого многообразия было пригодно в пищу, – ввернула я.

– Именно, – весело заверил Андрей, – зато в больнице меня уважительно величали «Господин островитянин».

– Андрюш, – поинтересовалась я, пряча улыбку, – а ты, случайно, не заметил, они при этом не смеялись?

– Хихикали, гады, – заржал он, – но только те, кому я не платил.