Спасайся кто может

Степан подробно описал мне место происшествия и даже нарисовал что-то наподобие карты, и в ожидании автобуса я воспользовалась тем, что внимательно изучила ее.

После этого я перечитала список пострадавших. Первой в нем значилась женщина, от которой я надеялась узнать что-то более здравомыслящее.

Я уверена, что, вопреки традиционным представлениям, женщины менее мужчин склонны к суевериям.

Я так глубоко погрузилась в размышления, что чуть было не пропустила свой автобус.

Всю дорогу я не отрывала глаз от окошка.

Я не имею в виду ничего потустороннего. Просто лес из окна автобуса и в непосредственной близости – это две большие разницы, как говорят в Одессе. А лес под Уфой – это вам не пригородные посадки, а самый что ни на есть настоящий дремучий заповедник.

Для тех, кто не силен в географии, добавлю, что находится он на территории хотя и Южного, но Урала и способен напомнить человеку о хозяйке Медной горы и прочих «огневушках-поскакушках».

Я настолько прониклась этой атмосферой, что даже сильно подвыпивший мужичок, которого я повстречала на остановке, чем-то напомнил мне Данилу-мастера.

Вероятно, я тоже ему с пьяных глаз кого-то напомнила, во всяком случае, он шарахнулся от меня, как от привидения, когда я попыталась узнать, где мне найти названную Степаном Марину.

Скоро я поняла, что напугала его не столько я сама, сколько мой вопрос.

Точно так же реагировали на него и другие, и в результате мне пришлось опросить чуть ли не половину поселка, прежде чем одна девчушка лет восьми показала мне пальцем в сторону невзрачного домика у самого леса.

Поселок был крохотный, даже деревней его можно было назвать с большой натяжкой. Поэтому я не сомневалась, что в конце концов разыщу здесь пострадавшую, хотя, кроме имени и фамилии, ничего о ней не знала.

Как только я увидела Марину, то сразу же поняла, что здесь мой номер со столичной газетой не пройдет.

Марина лишь однажды испуганно посмотрела на меня и больше не делала этого до конца встречи, но все же я успела заметить у нее на лице безнадежное отчаяние, которое, скорее всего, уже не исчезнет с него никогда.

Вопреки моим ожиданиям, на ее теле не было ни царапины, но смотреть на нее было страшно.

Так выглядят потенциальные самоубийцы.