Спасти нельзя сдаться

– Я не администратор, – покачала я головой, – а ваш партнер по рукопашному бою на сегодня. Евгения Охотникова.

Романов бросил на меня насмешливый взгляд, что мне совсем не понравилось. Терпеть не могу заносчивых, хамоватых людей, предпочитаю ставить их на место. Я выдержала взгляд мужчины, тот отвел глаза первым. Но, не желая признавать свое поражение, Романов усмехнулся:

– Деточка, а ты хоть колледж какой-нибудь окончила? Если в Тарасове такие телохранители, то я удивляюсь, как тут никого не поубивали еще.

На стажировке, что ли?

– Во-первых, я вам не деточка, – проговорила я. – Попрошу не фамильярничать, я этого не люблю. Если вас интересует, есть ли у меня опыт, то да, я давно уже работаю по специальности. И если у вас в Москве нет телохранителей-женщин, то я очень удивлена.

– Не женская это работа, – заметил Романов. – Тебе бы, ой, то есть вам, солнышко, лучше поискать себе профессию полегче или домашним хозяйством заниматься. Муж есть?

– Вас это не касается, – отрезала я.

 – Вы намерены тренироваться или так и будете дурака валять?

Мужчина оценивающе посмотрел на меня, потом подошел ближе и ухмыльнулся:

– Вы очень обворожительны, когда злитесь. А что вы делаете сегодня вечером? Я абсолютно свободен и приглашаю вас на ужин!

Я сделала шаг назад, соблюдая дистанцию. Про себя подумала, что «лучший телохранитель» из Москвы оказался самовлюбленным нахалом, и работать с ним у меня не было никакого желания. Я собиралась оставить его в спортзале и идти в стрелковый тир, уже смирившись с тем, что сегодня придется обойтись без напарника.

Однако Романов оказался наглее, чем я думала. Он подошел ко мне вплотную и схватил за руку.

– Ну так что, согласна? – начал он. – Обещаю…

Договорить Романов не успел – я резко накрыла его руку своей левой, проскользнула под захваченным локтем и молниеносно заломила руку громилы сзади. Банальный прием из израильского боевого искусства, которое в Ворошиловке изучают самым первым. К преимуществам данного стиля относятся быстрое обезоруживание противника и выведение его из строя.

Романов вскрикнул, попытался освободить руку, однако я усилила свой захват и, наклонившись к его уху, проговорила:

– Внешность бывает обманчива, уважаемый «лучший профессионал из столицы». Я же предложила вам не валять дурака, верно? Не стоило испытывать мое терпение.

– Пусти, идиотка! – прохрипел горе-телохранитель. Я пожала плечами и отпустила его руку.