Старые амазонки

Все-таки большая, чтобы с родителями в школу ходить. Ой, скорей бы это все кончилось.

– Я очень постараюсь выполнить ваше желание. (Особенно за пять тысяч у. е.) Я пока прощаюсь, но если у меня возникнут вопросы, в какое время лучше к вам обращаться?

– Я почти все время дома. Сейчас я взяла отпуск. Хорошо, что летом не дали. Вот уж не думала, что пригодится. И учиться-то недавно начали.

(Вот поэтому фотографии и прислали в последнем письме: сентябрь только наступил.)

– Я могу взять письма?

– Да, конечно, если они вам помогут.

* * *

К своей квартире я подошла вовремя. Из лифта выходила Наташа. Мы с ней чуть не столкнулись. Она, вероятно, думала о бабушке, а я полностью была погружена в свои мысли. Уж слишком много у Лины было детективов. Может быть, она просто начиталась литературы и сама придумала все эти письма? Первое было написано печатными буквами. Почему в других письмах буквы были наклеены? Боязнь, что узнают почерк?

– Здравствуйте, я освободилась, – первой меня увидела Наташа, – это что, письма поклонников? – кивнула она на конверты у меня в руке.

– Да, от поклонников. Вот только кому отдать предпочтение, я еще не решила.

– Никому не отдавайте, взамен все равно ничего не получите.

(Ого, они что, поссорились с Васей?)

– Я так и сделаю. Кофе будешь?

– Если можно, с молоком.

– Можно и с молоком. Сама я предпочитаю черный.

– А мне он кажется очень горьким.

– Наташа, – крикнула я из кухни, – а как фамилия твоего Васи?

Она почему-то немного замялась, но потом ответила:

– Сидоров.

Я поняла заминку и чуть не прыснула со смеху. Классическое сочетание: Вася Сидоров.

– Да ладно уж, смейтесь, – донеслось до меня из комнаты. – Я уже привыкла.

Я принесла поднос с двумя чашечками и поставила на столик.

– Наташ, а твоя бабушка часто уезжала?

– Да нет, всего раза два, и то в последнее время, где-то год назад первый раз.

– У нее что, родственница недавно объявилась?

– Не знаю. Она неохотно отвечала на такие вопросы.

– А потом воспылали нежной дружбой. Что-то не сходится.

Наташа пожала плечами.

– Она почему-то начинала сердиться сразу, как только я заводила разговор об этом. А однажды я попросила ее взять меня с собой. В Саранске, говорят, очень хороший музей есть. Там и блоха хранится, которую кузнец подковал. Так она меня чуть не выгнала. Крику было. Я и не думала, что баб Маша умеет так кричать.