Свадебный кастинг

Дверь мне открыл высокий и красивый, несмотря на солидный возраст, мужчина с густой седой шевелюрой.

– Михаил Григорьевич? – уточнила я.

– А вы Татьяна Александровна? – вместо ответа спросил он, и я кивнула. – А документы все-таки покажите! – потребовал он, и я покорно достала из сумки и протянула ему удостоверение частного детектива.

Он посмотрел его самым внимательным образом и только потом, вернув мне, пригласил меня войти. По телефонному разговору с его женой я уже поняла, что беседы наедине у нас не получится, и оказалась права – он провел меня на кухню, где уже сидела пожилая женщина в халате.

Она с любопытством посмотрела на меня. Я поздоровалась и присела к столу, а Гринберг спросил:

– Так о чем вы хотели меня спросить?

– Михаил Григорьевич, речь пойдет об одной давней истории. Это случилось в мае 94-го…

– Я понял, о чем вы, – покивал он мне, а его жена тут же спросила:

– И о чем она?

– Видишь ли, дорогая, Соколовой тогда позвонила домой какая-то женщина, а сама Соколова была на работе, и трубку взяла ее мать.

Вот ей-то и сказали, что Анну – это дочь Людмилы Алексеевны – насмерть сбила машина, хотя на самом деле ничего этого не было, – объяснил он. – Бабушка после этого слегла. Я не стал тебе тогда ничего рассказывать, чтобы не расстраивать.

– Кошмар! – воскликнула его жена. – Да я бы этих шутников своими руками убила!

– Если это и была шутка, то очень злая, – сказала я. – И вот теперь один человек нанял меня для того, чтобы я выяснила, кто тогда звонил.

– После стольких лет? – с сомнением спросил Гринберг.

 – Вряд ли у вас что-то получится!

– Я постараюсь сделать все возможное и очень прошу вас мне помочь! – сказала я.

– Миша! Ты ей поможешь! – командирским тоном произнесла его жена, и Гринберг согласно покивал:

– Всем, чем смогу.

– Тогда скажите мне, были ли, кроме Людмилы Алексеевны, другие претенденты на должность начальника планово-экономического отдела? – спросила я.

– Вы думаете, что кто-то мог специально позвонить ей, зная, какие последствия это вызовет, и таким образом вынудить ее уволиться? – удивился он в ответ и, подумав, решительно заявил: – Нет!

– Почему вы так уверены? – спросила я.

– Я вам вкратце обрисую ситуацию, и вы сами все поймете, – проговорил он. – О том, что Илюша уйдет на пенсию, знали все. Может, он и поработал бы еще, но… – Гринберг развел руками, – инфаркт! Ему позволили доработать до пенсии, но фактически всеми делами в то время уже занималась Людмила Алексеевна.