Свет клином сошелся

А что касается последней буквы, то тут все просто – Никин отец не дописал хвостик. Мне кажется, он не был уверен, что сможет совершить задуманное, поэтому смял бумагу с незаконченным текстом и выбросил ее в мусорку. Или же передумал облегчать работу следствию, – журналист поделился со мной своими соображениями, которые показались мне неубедительными.

– Знаешь, мой дед действительно выиграл у Булатова около пятидесяти тысяч рублей. Сумма эта немаленькая, но и не такая уж большая, чтобы лезть из-за нее в петлю. Иван Иванович еще многим, кроме него, проиграл – кому-то больше, кому-то меньше этой суммы.

Антон, почему же он винил в своей смерти именно Аристарха? – Я не нападала на Ярцева, а предложила ему поразмышлять вместе со мной на эту тему.

У того сразу же нашелся ответ:

– Возможно, он сначала хотел перечислить имена всех, кому проиграл, а потом передумал.

Я не могла с этим согласиться.

– Антон, скажи, к чему винить таких же игроков, как и он сам? Пан или пропал – это дело случая. Если Булатов все чаще и чаще оказывался в проигрыше, то он, скорее всего, был вынужден брать деньги в кредит, а там при просрочке такие проценты набегают, которые могут в несколько раз превышать сумму самого кредита.

Не исключено, что некий Аристов ссудил ему определенную сумму. С возвратом возникли проблемы, поэтому первоначальная сумма стала расти в геометрической прогрессии и достигла такого потолка, который Булатову было уже финансово не осилить. – Я заметила, что журналиста заинтересовал ход моих мыслей, поэтому продолжила: – Но, возможно, все происходило совсем по другому сценарию. Иван Иванович кому-то мешал и его убрали, бросив при этом тень подозрений на моего деда.

– Он повесился сам. Секретарша Булатова утверждала, что никто в кабинет ее босса не входил. А влезть туда через окно невозможно – на окнах решетки. У следствия ее показания не вызывают сомнений.

– А где работал Булатов? – запоздало поинтересовалась я.

– У него был свой мини-заводик «АБЦ» по производству бытовой химии: средств для мытья окон, чистки труб, унитазов… Так вот, судя по документам, найденным в сейфе, накануне своего самоубийства Иван Иванович продал свой завод за очень даже приличную сумму, но не сказал об этом ни своим сотрудникам, ни родным.

– А кто стал новым хозяином этого предприятия? – не могла не поинтересоваться я.

– По бумагам права собственности перешли к фирме «Оксид», зарегистрированной в соседней области.

– Фирма наверняка подставная, – предположила я.