Морговой

В спину летели проклятья и унизительные сравнения. Последний дом оказался позади, крики толпы немного отдалились и он понял, что ноги больше не слушаются его. Он стал замедляться и чем больше заставлял непослушные ноги бежать, тем медленнее становился бег. И вот он остановился, понимая с ужасом, что обезумевшая толпа сейчас снесет его, как прорвавшаяся дамба хлипкий сарай. Он зажмурился от ужаса.

Его разбудил собственный протяжный стон. Перед глазами мельтешила чернота. Это был всего лишь сон. Очередной кошмар из прошлого.

Те люди давно мертвы. Ему больше никто не угрожает. Кроме сводящего с ума голода. Сколько времени прошло?

***

Ощущение ладони на затылке длилось мгновение. Марья вскинула голову и увидела перед собой пустой коридор. Оглянулась, мгновенно забыв, что только что рыдала. Первый раз за шесть лет ночных дежурств с ней происходило что-то странное. И все в одну ночь. Она стала искать объяснения. «Возможно, я не заметила, как уснула. А может, сквозняк? Может, я слишком тоскую по бабушке и мне нужна ее поддержка, и произошедшее всего лишь самообман? Есть ведь внушаемые люди, которые могут чувствовать запах или слышать то, чего нет.

Но бывает ли подобное с тактильными ощущениями? Или я схожу с ума и это первые признаки галлюцинаций?»

Осторожно поднявшись с дивана, она направилась в лаборантскую. Хотелось двигаться, это успокаивает. Зайдя в кабинет, включила радио, окинув взглядом рабочие места. Над каждым столом висели фотографии, на которых были изображены мужья, дети, родители, питомцы.

И только на месте Марьи было пусто, не считая канцелярских принадлежностей.

Веселый голос ведущего поздравлял всех с новым годом и стало менее тоскливо. Следом полилась песня. Марьяна снова пошла в обход. В секционном зале было также тихо и темно. Открыв окошко в воротах приемки, она увидела занесенную дорогу и пробивающийся свет фонарей сквозь пургу. Ничего не обнаружив, успокоилась и вернулась назад. Из лаборантской доносилась песня: «Новый год к нам мчится, скоро все случится…».

– У меня уже все случилось, – ворчливо фыркнула она и вернулась на диван. Взяла в руки телефон, скорее по привычке, но притормозила и решительно сунула его под подушку, пообещав себе никаких соцсетей в ближайшее время. Она лежала так несколько минут, глядя в потолок и отмахиваясь от лезущих в голову назойливых дурных мыслей.

Давай, поспи. Просто закрой глаза и пошло все на хрен. Не заметив как, она снова провалилась в сон.