Тайный преследователь

Я не могла успокоиться, меня знобило, руки тряслись… Даже температура поднялась, хорошо, что у меня имелись успокоительные – на всякий случай. Я выпила сразу несколько таблеток, потом уснула, но проснулась от кошмара. Снилось, что за мной гонится тот человек в черном, и что он меня догоняет… Больше я заснуть не смогла. Ночью постоянно казалось, что я слышу какие-то шорохи и звуки, что кто-то скребется в дверь… Еле как дождавшись утра, я позвонила своей сестре Кристине, чтобы поговорить с ней. Мы с сестрой никогда не были подругами, но все-таки она какая-никакая, а моя родственница.

Но Кристина сказала, что занята – они с ее парнем Игорем сейчас у него на даче, и ей не до меня. Тогда я позвонила Лике, соседка ведь была в курсе, что за мной следят. Лика собиралась приехать в воскресенье на квартиру поработать, я была рада, что не одна тут буду сидеть. Как ни странно, Лика отнеслась с пониманием к моим проблемам. Мы с ней поддерживаем приятельские отношения, и она, в отличие от Кристинки, не стала от меня отмахиваться. Внимательно меня выслушала, посочувствовала и заявила, что надо искать выход из создавшейся ситуации. Если так и дальше будет продолжаться, мои нервы точно не выдержат. Она и посоветовала мне нанять телохранителя, чтобы во всем разобраться. Она позвонила своему парню, Косте, отец которого, оказывается, обращался за помощью к телохранителю. Ну, то есть к вам – Лика мне дала ваш номер, поэтому я решила вам позвонить. Все воскресенье думала, а стоит ли? Вдруг у меня просто крыша едет? Но я точно помню, что за мной на самом деле следили! И с головой у меня все в порядке, не могло так просто ни с того ни с сего меня переклинить! Или вы считаете, что мне пора в дурдом?

– Я не психиатр, чтобы делать подобные выводы, – заметила я.

 – Следить могут за любым человеком, вопрос только – зачем? Что вы думаете по этому поводу? Кто мог следить за вами?

– Понятия не имею! – воскликнула Альбина. – Хотя… Знаете, мне многие завидуют в училище, ведь мой отец – сам Павел Карбышев, гений и талантливейший из живописцев! Все так считают, – фыркнула она.

 – Поэтому в училище думают, что из-за моего папаши у преподавателей ко мне особое отношение. Но это – чушь собачья, я вообще не общаюсь с отцом! Не хочу ни видеть его, ни слышать о нем! Даже собиралась сменить фамилию, но потом передумала. Слишком муторно… Хотя не знаю, возможно, и сменю. Не хочу, чтобы меня считали дочуркой великого Павла Карбышева, всего собираюсь добиваться сама!

– Вот как, – протянула я.