У вендетты длинные руки

К тому же я доберусь до кафе на своей машине. Это избавит меня от необходимости мерзнуть на остановке в ожидании маршрутки, но увеличит вероятность попадания в заторы. Я вышла из нашего коттеджа и села в свой «Мини Купер», послушно стоявший у крыльца. Пожалуй, на обратном пути надо будет заехать в супермаркет за продуктами, а то в нашем холодильнике мышке даже не на чем повеситься.

Кафе «Смарагд» встретило меня почти пустым залом. Удивляться не приходится: оно только что открылось, сегодня – рабочий день, все нормальные люди трудятся в офисах и магазинах.

Когда-то к таким нормальным принадлежала и я. Моя карьера удачно началась на кирпичном заводе, на почетной должности юрисконсульта, но вскоре не менее удачно завершилась – по причине моего полного нежелания торчать в кабинете с восьми до пяти и подчиняться строгому, но недалекому начальству. Этому нежеланию немало способствовала и мизерная зарплата, почти не игравшая роли в нашем семейном бюджете.

Итак, в самом начале двенадцатого я вошла в зал кафе и увидела в зале только парочку совсем юных влюбленных, забившихся в самый дальний угол, и молодую женщину лет двадцати шести или чуть больше, сидевшую за столиком напротив входа и нервно теребившую газету «Программа ТВ».

Если бы я задержалась минут на двадцать, она истрепала бы ее вконец. Увидев меня, женщина вперилась в мое лицо таким взглядом, что я едва не смутилась. Подойдя к обладательнице «Программы», я сказала:

– Вы, кажется, ждете меня? Я – Полина.

Надежда обрадовалась, кивнула и тут же предложила пересесть за столик подальше от входа, что мы незамедлительно и сделали.

Пока я снимала куртку и вешала ее на спинку своего стула, Надежда успела заказать подошедшей официантке две чашки кофе, бутерброды и круассаны.

Я села за стол и внимательно посмотрела на девушку. У нее была довольно приятная наружность. Чуть полновата, что, впрочем, не портило ее. Брюнетка, но не жгучая, со светло-карими глазами и вздернутым носиком. Кудрявые непослушные волосы падали на ее плечи, Надя их постоянно поправляла, откидывала назад, но они тут же вновь падали ей на щеки.

– Меня зовут Надежда Виноградова, – зачем-то напомнила девушка. – Вам эта фамилия ни о чем не говорит?

Я попыталась понять, какие ассоциации вызывает у меня фамилия Виноградова, но, кроме мысли о кистях зеленых прозрачных сочных ягод, плотно прилепившихся друг к другу, на ум мне ничего не приходило. Надежда посмотрела на меня немного удивленно.