Виноградная дорога

– Значит, брат убитой – нигде не работающий алкоголик, который живет за счет Бусыгиных, – сделав вслух такой вывод, я запоздало поняла, что мои слова могли задеть Аясова, ведь он тоже не работал и по существу последний месяц находился на иждивении у Федора. Однако Венчик пропустил мое замечание мимо ушей – он со всей невозмутимостью жевал изюм, по ягодке доставая его из своего пакетика и отправляя в рот.

– У меня появилась версия, – сказал он, убрав пакет с остатками сухофруктов в карман. – Как-то я подслушал разговор Сонечки с Лизонькой о том, что Ксения неровно дышит к Федору, а Вика настолько наивна, что ни о чем не догадывается.

Таня, а что, если Ксения решила устранить соперницу?

– Вполне возможно. А что ты скажешь о Костике? Что он за человек?

– Свободный художник, рисует картины, продает, иногда очень выгодно. Но вдохновение к нему приходит не часто. После нашего первого знакомства он нарисовал меня в образе старца, бредущего по пустыне. Мне понравилось. Нет, не мой портрет, там даже лица толком не видно было, а сама идея.

Константин меня еще очень мало знал, мы с ним всего один раз по душам разговаривали. Однако он смог точно передать то, что я сам не знаю, откуда иду, но получаю удовольствие от каждого шага.

– Ты действительно не знаешь, откуда идешь? – спросила я, предполагая, что услышу очередную притчу.

– Разве я не рассказывал тебе, Таня, что до определенного момента своей жизни ничего не помню о себе? – уточнил Аякс.

– Нет.

– Однажды я проснулся в парке на скамейке и понял, что вся моя жизнь – это книга с чистыми страницами. Я знал, что этот город называется Тарасов, что стоит он на Волге, а напротив него другой город – Покровск. Мне несложно было найти дорогу из горпарка до железнодорожного вокзала или Крытого рынка. Но я абсолютно не представлял себе, где мой дом, есть ли у меня семья, – несмотря на красноречивые паузы и тон заправского сказителя, я поняла, что слышу в этот раз из уст Венчика не притчу, а быль.

– Но ты же показывал мне свой паспорт, – вспомнила я. – Он при тебе был, когда ты проснулся?

– Нет. Я не знал, куда мне идти, поэтому ночевал, где придется. Однажды я попал в полицию за то, что ночевал в парке на скамейке. В отделении я не смог назвать свое имя, просто не помнил его, но мне не поверили. Почти сутки я просидел в обезьяннике, потом мне вручили мой паспорт с назиданием больше не терять его и выпроводили восвояси.