VIP-персона для грязных дел

– Я вас предупреждала, – указала я на его вилку с нанизанным на нее ломтиком помидора.

– У меня крепкий желудок, – заверил меня Авдеев и потянулся за бокалом вина. – Знаете, носишься целый день туда-сюда, поесть даже по-человечески некогда… Можно вам предложить бокал вина или, может, водочки за знакомство?

– Нет, спасибо, я за рулем, – ответила я сухо.

Пустая болтовня Авдеева начинала меня утомлять. Мне не терпелось перейти непосредственно к делу.

– Вы такая печальная, у меня прямо сердце разрывается, – весело подмигнул Авдеев, – как заставить вас улыбнуться?

– Расскажите о своем деле, и я буду смеяться до колик в животе, – съязвила я, отодвигая салат.

– Хм, наверное, ваша работа, наложила на вас свой отпечаток, поэтому вы такая серьезная, – с умным видом изрек Авдеев, изучая на свет вино в бокале, – хорошо, – поспешно добавил он, – если вы настаиваете, перейдем к делу. У меня есть друг Антон. Мы вместе учились в школе, потом пошли каждый своей дорогой – я в туристический бизнес, он занялся металлом, но мы продолжали иногда видеться – ну там ресторан, сауна, шашлыки на природе.

– Что значит «похоже, было»? – спросила я.

– Ну, как-то неясно все до конца, – замялся Авдеев. – Антон говорит, что отец сидел дома с соседом, потом они решили выйти на улицу. Отец Антона задержался на минуту, а когда вышел, сосед лежал в подъезде с проломленной головой и с вывернутыми карманами.

– Банальное ограбление. – высказалась я. – Почему возникла версия, что это покушались именно на жизнь отца Антона?

– Дмитрий Иванович заметил, что за ним с некоторых пор следят бандиты. Отец Антона раньше работал в КГБ, поэтому обнаружить слежку для него не составляет труда. Так, по крайней мере, говорит Антон, – пояснил Авдеев, искоса наблюдая а официанткой, суетящейся за соседним столиком.

– Интересно, чем же занимается отец Антона, что за ним устроили слежку бандиты? – спросила я.

Мой собеседник нехотя перевел взгляд с ног официантки на меня и ответил:

– Дмитрий Иванович антиквар, собирает всякую старину. Антон говорит, что у старика раритетов в квартире на несколько миллионов долларов.

– Ясно, – пробормотала я.

– Евгения Максимовна, может, перейдем на «ты»? – мягко предложил Авдеев, строя мне глазки.