Визит из преисподней

На нетвердых ногах (коньячок уже начал действовать) я продефилировала к входной двери.

Я распахнула ее во всю ширь… и подумала: если звезды выбрали для моей пылкой страсти такой объект – то лучше уж им было бы вообще не зажигаться.

За порогом, покачиваясь гораздо явственнее, чем я, стояло нечто невообразимое в драной майке, которая когда-то была голубой, и черном спортивном трико. Оба предмета одежды выглядели так, будто в течение нескольких лет исправно служили пижамой бомжу, ночующему в мусорных баках.

Рост и телосложение посетителя – а он был, несомненно, мужского пола – в народе получили название «метр с кепкой». Кстати, кепка тоже присутствовала: нахлобученная до самых глаз, она была такого почтенного возраста, что наиболее сохранившимся ее фрагментом можно было считать обломок пластмассового козырька. Из-под кепки выбивались кудри неопределенного колера, бордовый нос типа «рубильник» и еще некоторая площадь, относящаяся, очевидно, к лицу и сплошь поросшая рыжеватой щетиной.

Чтобы сразу расположить меня к себе, посланец судьбы широко улыбнулся.

– Зд…асть, х…зяйка! – Меня чуть не сбил с ног причудливый букет ароматов, в котором – могу поклясться! – не было только моего пятизвездочного армянского коньяка. – К…упите клубничку! Недорого отдам, за п…терочку.

В руке у него действительно было грязное лукошко с какой-то красноватой кашицей, которая вполне могла иметь клубничное происхождение.

Видимо, на моем лице отразилась некая сложная гамма обуревавших меня чувств, и пьянчужка истолковал ее по-своему – как сомнение в выгодности предлагаемой сделки:

– Не сумлевайсь, х…зяйка: хорошая клуб…ника!

Для убедительности он протянул мне лукошко, из которого уже капали на пол капли ягодной крови.

– Дешево отдаю, всего п…терка, ну! Тут целых полтора кило, это ж даром, х…зяйка! Варенье сваришь детям. А?

– Да не нужна мне твоя клубника! – Я наконец обрела дар речи. – И детей у меня нет. Иди себе с Богом!

Я попыталась закрыть дверь, но он с неожиданной резвостью просунул в щель свое лукошко, а следом за лукошком показались плечо и голова.

Остальное осталось за порогом, так как давление на дверь я не ослабила.

– Э, э, хозяйка! Зачем ты так, ну? Отличный товар! Давай п…терку и забирай… Ну хоть за трешку, слышь?

Его можно было понять: он пытался ухватить за хвост свою последнюю ускользающую надежду. В другой момент я без слов дала бы страждущему требуемую смехотворную сумму.