Все средства хороши!

Я посмотрела на Болотникова. Тот прекрасно понял мой взгляд и сказал:

– Я не вру.

– Вижу, идите.

– До свидания.

Я лишь махнула рукой.

Углубившись в свои мысли, я не заметила, как вошел человек. Обратила на него внимание я лишь тогда, когда он кашлянул. Я подняла глаза. И рассмеялась, вспомнив анекдот: «Идет маскарад. И под занавес раздают премии за самые лучшие маски.

– Третье место, – говорит ведущий, – получает маска волка, – и указывает на победителя.

– У-у-у! – орет публика.

– Второе место – маска короля, – говорит ведущий и указывает на победителя.

– О-о-о! – орет публика.

– Первое место – маска лоха, – говорит ведущий, указывая на победителя.

Все молчат.

В тишине раздается голос:

– Ба. Я ж не играл!»

Так вот. Это анекдот про моего посетителя. Никита, решив, что я смеюсь над его очками, снял их, но тут же налетел на стул и снова надел.

– Здравствуйте.

– Здравствуйте. Садитесь, пожалуйста. Никита, вы являетесь директором розария.

– Да, – гордо мотнул он головой.

– Вы знаете, что ваша фирма собирается что-то перевозить?

– Да.

– Что конкретно, вы знаете?

– Нет.

– Чем она занимается, знаете?

– Розами.

– А еще?

– А разве она чем-то еще занимается?

Я промолчала. С ним все ясно. Выпроводив его, я посмотрела на свой листочек и добавила три крестика Болотникову. Итак, у меня два явных лидера: Болотников и Сиренев.

Кто из них?

Подумав минут двадцать, я пришла к выводу, что Сиренев имеет все шансы быть именно тем человеком, которого я ищу.

Я вздохнула и вышла из кабинета.

– Домой, – сказала я шефу.

Он в ответ лишь кивнул.

Глава 3

Луна, как волшебный фонарь, мягко освещала улицу. Я была на улице одна. Идти было легко, даже приятно. Ветерок врывался в распахнутый плащ, поглаживал лицо и руки.

Стояла необыкновенная тишина, но у нее был свой особый, тихий голос, голос спокойствия и умиротворения.

Я слушала. Тишина проникала сквозь мои одежды, обволакивала тело, мягко сжимала груди, оглаживала ноги. Я не возражала. Мне было хорошо.

Ветерок подул резче, заставив листья вздрогнуть. Они прошелестели удивительную по красоте мелодию и, как по волшебству, замерли.