Все средства хороши!

Я провела пальцем по надписи, конкретно по букве В, желая немного помедлить и унять нарастающее беспокойство, и, к своему удивлению, отметила, что надпись была сделана мелом.

– Что, вытереть сил нет?

Олег пренебрежительно махнул рукой. Бык возился около двери, и было непонятно, выбить он ее собирается или позвонить.

– Бык, давай быстрей! – видимо, Болотникова мучили такие же сомнения.

Внутри помещения затрещал звонок, и дверь распахнулась. На пороге стояла секретарша в полной боевой раскраске индейца, вышедшего на тропу войны.

Болотников обошел секретаршу молча, без эмоций. Видимо, подобного рода явления были ему не впервой и у него выработался на них определенный иммунитет. Бык же остановился рядом с жуткой девицей и что-то проворковал.

Я же, поравнявшись с секретаршей, решила, что час мести пробил и, забыв на время про свою утонченность, произнесла сценическим шепотом:

– Член у него такой маленький, что захочешь попасть ногой, только яйца и отобьешь.

Секретарша мило осклабилась.

Я оглядела помещение. Вдруг придется выбираться без разрешения. Количество засовов на двери производило неприятное впечатление, окна радовали отсутствием решеток – можно было бы выпрыгнуть, но третий этаж… В общем, нехорошо. Охрана отсутствовала либо где-то играла в карты.

Комната была довольно длинная – по три стола с каждой стороны, на столах – по компьютеру. Сотрудницы все были на одно лицо, словно кустарные матрешки.

Наконец Болотников решил, что я вдоволь насладилась безрадостной перспективой, и под локоток провел меня к двери, ведущей, как я полагала, в приемную шефа. Эта комната ничем не отличалась от осмотренной. Стол, стул, компьютер. А вот секретарша шефа выгодно отличалась от только что виденных мною вертушек – молодая особа лет двадцати восьми – тридцати, в прилично сшитом костюме, умеренно накрашенная и изящно причесанная, на их фоне она выглядела воплощением корректности и хорошего вкуса. Оставалось надеяться, что и Сам будет под стать ей.

Но боже правый! Никогда мои надежды не терпели столь полного крушения! Все, все, что я здесь видела и слышала, – все указывало на то, что в этом учреждении работают полные кретины, за редким исключением. Как говорится, каков поп – таков и приход, но это было даже чересчур…

За массивным столом восседал шеф.