Все учесть невозможно

Из опыта общения с индивидами, подобными Леше, я знала, что они способны на такие «подвиги». Поэтому кивнула.

Мы вышли из машины. Девочка подняла глаза и приветливо улыбнулась.

– Здравствуйте, – прощебетала она, старательно справляясь с буквой «р». Получалось это смешно – похоже на рычание.

Я ответила ей улыбкой. Мои «сопровождающие» ограничились кивком. Рядом на лавке сидела соседка, которая отличалась тем, что знает все про всех.

– Таня, – сурово проронила она, – как можно так поступать – уехали, бросили квартиру? Никому ничего не сказали… А если что случится?

– Ничего не случится, – заверила я ее.

Она подозрительно оглядела моих спутников, но из вежливости не стала спрашивать, кто они. И слава богу…

– Вы не знаете, меня не искал Андрей Мельников? – начала я робкие попытки передачи информации.

– Какой? – нахмурилась она.

– Такой высокий. Из УВД. Следователь. Наш отдел. Знаете?

Она наморщила лоб, честно пытаясь вспомнить. Ох, пожалуйста! Ну, пусть у нее появится капелька сообразительности, господи!

Девочка немного приостановилась.

Осмотрела нашу нетривиальную группу внимательным взглядом. Мне показалось, что она пытается запомнить все происходящее. Но это было отнесено мною на счет глюков. Перед тобой дитя, Таня. Если уж взрослая тетка не понимает…

– Ладно, – махнула я рукой. – Все равно он меня не найдет. Я некоторое время буду на даче у своих новых друзей. Если вдруг…

– Пошли, – услышала я за спиной шепот. Обернувшись, я встретилась глазами с Лешей. Он сверлил меня своим недобрым взглядом.

Проклятая ручка сверкнула на солнце. Ее конец был направлен в голову ребенка.

– ПТН. Вас там не учат манерам?

Он не понял. И вообще никто не понял моих намеков.

Хотя… Девчонка явно шевельнула губами. Или мне только показалось?

* * *

Мы поднимались по ступенькам моего родного подъезда, и с каким же трудом давался мне этот подъем! В затылок дышал Леша. После сцены с его ручкой-самострелкой мне было нехорошо. К горлу подкатывала тошнота, и я чувствовала себя отвратительно.

Ну, как бы еще чувствовал себя нормальный человек, по чьей вине мог погибнуть ребенок? Меня просто трясло, кружилась голова.

Мой охранник шел сзади меня, и я затылком чувствовала его улыбочку. Он был доволен собой. Как же, победил такую опасную диверсантку! Не дал убежать…

– Что я им сделала? – вырвалось у меня. Я обернулась, надеясь, что они не услышали мой возглас. Но – как бы не так! Леша самодовольно улыбался. Маленький Наполеончик.