Все учесть невозможно

Вот выхвачу бомбу и такое устрою этой красной лысине, что мало не покажется…

Мы все ехали и ехали, мне показалось, что мы уже начали путешествие во времени или меня решили вывезти за границу, чтобы продать в гарем турецкому султану. В гарем мне вовсе не хотелось – не люблю я турков, к тому же отвратительная вонь уже начала впитываться в мою кожу, и я с ужасом представила, что теперь мне придется провести как минимум пять часов в ванной. В том, что это приключение кончится, как только мы приедем в участок и я позвоню Мельникову, я пока еще верила.

Хотя, если честно…

Если честно, то до чего же этот участок отдаленный! Поэтому я справедливо решила, что скорее всего меня все-таки собираются убить. А если амбалу, который косит под мента, это пришло в голову, то, судя по тупой целеустремленности его взгляда, от подобной идеи он откажется не сразу.

«Ох, и дура же ты, Таня! – горестно вздохнула я. – Такую дуру поискать – не найдешь. А ты – вот она. Нет, чтобы сразу этому лысому дегенерату каблуком залепить и рвать бегом по пересеченной местности.

Ну что вы! Мы к родной милиции уважение проявляли. Вот и сиди теперь со своим уважением. Радуйся собственной благовоспитанности».

Машина остановилась, тряхнув меня напоследок с такой стервозностью, что я стукнулась затылком о стенку.

– Блин! – выругалась я. – Не дрова везете, между прочим.

Квадратный тип не удостоил меня ответом. Просто открыл дверь, и я оказалась в крепких, сильных и не терпящих возражения мужских руках.

* * *

Конечно, я попыталась вырваться. Я не люблю, когда меня обнимают в тот момент, когда я чем-то озабочена. Но – увы! Новый дружок явно не собирался меня выпускать. Я подняла лицо и увидела такие глазки, что поняла: все, что со мной происходило доселе, – забавный казус. Вот этот мальчуган шутить не любит. Встречаются такие особи – у них начисто отсутствует чувство юмора. Поэтому шутить с ними и не стоит – могут обидеться.

Глазки были маленькие, как дырочки от пули. А вот улыбка была: во весь рот.

Зубов там не хватало – причем передних, и при всем этом мой визави был одет так роскошно, что все его тряпки были куплены явно не на дешевой распродаже.

– Все? – спросил мент, наблюдающий за моими попытками вырваться не без снисходительного удовлетворения.

– Свободен, – коротко бросил ему денди.

Меня пересадили в другую машину. Там уже было двое – тех самых. Которые торчали возле моего дома, как верные стражи. И машина была та же.