Вторая половина олигарха

Нечаева даже обиделась:

– Слушай, Казакова, ты не догоняешь! Я вот закончу курсы, познакомлюсь с олигархом и выйду за него назло тебе. Тогда узнаешь!

– Да где ты в нашем городе олигархов видела? Разве что в кино. Максимум – просто богатые люди.

– Ничего! Мне и просто богатый сойдет. Я не гордая. И еще я умею смотреть на вещи реально.

Нечаева себе льстила, но сказать об этом подруге означало бы потерять ее.

– Хорошо, – сказала я примирительно, – ходи на курсы, знакомься с олигархами, нефтяными магнатами, министрами, президентами, шейхами – с кем хочешь.

Одно скажи: помогать-то мне ты будешь?

– Полин, ну, когда я тебе отказывала? – спросила Нечаева все еще обиженным тоном. – Одно другому не мешает. Я и на курсы успею, там занятия не каждый день.

– А чему вас все-таки там обещали научить? – спросила Марина.

Нечаева сделала загадочное лицо.

– Во-первых, держаться…

– За кого?

– Не за кого, а себя держать в обществе… Осанка, походка, жесты.

Далее, манера говорить. Потом еще с нами будут работать стилисты…

– И сколько все-таки ты отвалила за эту ахинею?

Нечаева закатила глаза в потолок. Мы с Мальвиной тоже посмотрели туда, но ничего, кроме люстры, не увидели. Однако Алина так и не решилась назвать нам сумму, должно быть, не хотела травмировать нашу психику.

Домой я приехала поздно вечером. Ариши не было. Очевидно, снова пропадает в своем казино. Понравилось срывать большой куш? А может, договаривается с господином Версальским насчет моих липовых документов? Я нашла на столе недоеденную коврижку, сунула ее в рот и отправилась готовиться ко сну.

* * *

На другое утро я проснулась поздно. Еще с полчаса лежала в постели, прикидывая, чем бы заняться сегодня. А вдруг господин Золотов все-таки позвонит? Что я ему отвечу? Документов у меня пока нет, идти к нему не с чем… Потянуть время? Под каким предлогом? А вдруг Ариша вообще не сумеет договориться со своим криминальным приятелем и я останусь в пролете? Что ж, и такой вариант возможен.

Тогда, пожалуй, придется хорошо заплатить кому-нибудь из обслуги Золотова – няне или домработнице, чтобы они освободили для меня свое рабочее место. Для этой цели, возможно, придется экспроприировать нетрудовые доходы моего деда. Впрочем, я не сомневаюсь, что на доброе дело он сам отдаст их добровольно в надежде, что ему удастся выиграть еще.