Выход есть всегда

– Андрей, привет! Скажи, ты знаком со следователем Рузаевым?

– Это которой из областного комитета?

– А есть другие?

– Я знаю только Александра Ивановича Рузаева. А почему он тебя интересует?

– У него в производстве находится одно дело, я хотела бы узнать подробности…

– Ну ты в своем репертуаре!

– Андрей, ну я же не стану тебе звонить, чтобы узнать прогноз погоды на завтра или курс валют, – пошутила я.

– А зря. Я сейчас как раз сижу за компьютером, могу подсказать, – в том же несерьезном тоне продолжил Мельников.

– Спасибо, не надо. Андрей, помоги мне ознакомиться с материалами дела, – попросила я, убрав из своего голоса шутливые нотки.

– Какого? – нехотя уточнил мой приятель.

– Варвары Котляровой, которая подозревается в убийстве Валерия Кулика.

– А с чего это вдруг тебя убийство двухмесячной давности заинтересовало? Там же все с самого начала было ясно, как дважды два! Одна чокнутая девица застрелила своего босса…

– То есть психиатрическая экспертиза все-таки установила, что она невменяемая?

– Вот этого я не знаю.

– Но ты же сказал, что Котлярова чокнутая, – напомнила я.

– Понимаешь, я сам выезжал на тот труп, он ведь в нашем районе был обнаружен.

– Ну да, «XXI век» на вашей земле находится, – запоздало сообразила я.

– А я о чем тебе говорю? Девица, которая позвонила в полицию, вела себя совершенно неадекватно… Сразу ясно было, что она своего босса и отправила к праотцам…

– А если поконкретней?

– Это надо было видеть! – Андрей сделал паузу, вероятно, вспоминая подробности.

 – Приехали мы на вызов. Дедушка-вахтер сидит на входе, попивает чаек и понятия не имеет ни о каком убийстве. Мы поднимаемся с ним на второй этаж, идем в кабинет гендиректора – он в самом дальнем углу здания. Уже на подходе до нас начинают доноситься душераздирающие женские крики. Заходим мы в кабинет и видим рыдающую девушку, стоящую на коленях… Увидев нас, она вскочила на ноги, стала нести какую-то околесицу…

– Какую именно? – уточнила я.

– Ну я все слово в слово не помню… что-то про наказание, кару Божью…

– Наказание? В смысле, Котлярова призналась, что убила босса из мести?

– В том-то и дело, что нет. Она путалась в показаниях – то утверждала, что вернулась в офис по делу и обнаружила труп директора, то признавалась в убийстве, считая при этом жертвой не своего начальника, а себя. Все это сопровождалось громкими рыданиями, молитвами и битьем головой о стену, в прямом смысле этого слова.