Вся прелесть стриптиза

 – Хотите, я исполню песнь варяжского гостя?

– Нет, – честно ответила я.

– Понятно, – сокрушенно отозвался Семен. – Вот и в Театре эстрады мне так же сказали.

– Сигарету хотите? – сжалилась я.

– Хочу, – грустно отозвался узник. – Вообще-то я бросаю курить. Из экономии. Но пока как-то не выходит.

– Ничего, – подбодрила я его, – рано или поздно обязательно бросите.

Из дверной щели рванулась серая струйка дыма.

– Ну что ж, – раздавила я каблуком свой окурок, – мне пора.

До понедельника вас никто не побеспокоит. Честно говоря, я вам даже слегка завидую. Целый день в одиночестве. Каким роскошным медитациям вы сможете предаваться…

Мой узник даже закашлялся.

– Постойте! Куда же вы! – раздался его взволнованный голос. – Давайте попробуем договориться!

– Ну давайте, – нехотя согласилась я и снова присела, опираясь затылком о кирпичную кладку.

Разговор, судя по всему, обещал быть долгим.

– Для начала – вы меня выпускаете.

Хорошо?

Молчание.

– Со своей стороны я обещаю больше никогда не надоедать вашему знакомому, – уже не столь уверенно продолжал торговаться Семен Эрлих.

– А вы и так не сможете ему надоедать по крайней мере полтора дня, – резонно заметила я.

Эрлих яростно курил, с шумом выпуская из легких клубы дыма.

Со стороны можно было подумать, что персонажи сказки поменялись местами и в будке заперт некий огнедышащий дракон, которого сторожит принцесса.

– Что вы хотите от меня? – наконец задал первый разумный вопрос Шерлок Холмс-неудачник.

– Я хочу знать, на кого вы работаете. Пауза и пыхтение.

– Дайте мне еще одну сигаретку.

Я проинспектировала пачку «Кэмел». В ней сиротливо болталась одна единственная сигарета. Как раз мне на обратную дорогу.

– Не дам, – ответила я. – Тем более что вам предоставляется прекрасная возможность осуществить свою мечту – бросить курить.

– Но дело в том, что я не знаю, на кого я работаю! – раздался пронзительный голос.

Я встала и для пущей солидности топнула ногой:

– С вами только время терять. У вас его – вагон, а у меня – с полмизинчика. Прощайте.

– Я общался с клиентом только по почте! Я даже не знаю его имени! – кричал Эрлих.

– А деньги? Вы что, работали из любви к искусству?

– Деньги были перечислены мне на счет, честное слово! Почему вы не верите?!

Похоже, что Эрлих не врал.