Загадка жертвы

Может, и правда что-то случилось!

Я облегченно вздохнула, а Василиса начала звонить свекрови.

– Алло, Валентина Яковлевна, как у вас дела? Отлично! Все нормально? Да, у нас тоже все хорошо. Алик вам не звонил? Нет? Нет, ничего, просто я думала, что он, может, к вам хотел приехать сегодня. Нет-нет, не собирался, но мы о вас говорили утром. Да, обязательно. Нет, мы еще не уезжаем. Только через две недели. Перси? Да, конечно же, мы вам его привезем перед отъездом. Ну, хорошо. Ладно, я ему передам, чтобы он вам позвонил.

Она отключилась и снова задумчиво уставилась в пустоту, словно что-то обдумывая и прикидывая. Потом повернулась ко мне и, встретив мой ожидающий взгляд, устало сказала:

– Нет, он ей не звонил и приехать к ней не собирался. Больше того, она сегодня днем звонила ему сама. Он рассказал ей, что у нас гости. Это он, наверное, тебя имел в виду… И потому сразу же после Академии он, нигде не задерживаясь, поедет домой… Но почему эсэмэс? – неожиданно задала она сама себе вопрос.

 – Почему он не позвонил и не объяснил, какое такое срочное дело у него вдруг образовалось?

Василиса снова растерянно и вопросительно посмотрела на меня, словно я знала ответ на этот вопрос.

Я пожала плечами и предположила:

– Может, он за рулем был и говорить не мог.

– Ну да, эсэмэс мог написать, а позвонить не мог, – горько усмехнулась Василиса. – Ты знаешь, я тут вдруг вспомнила… – продолжила она в задумчивости. – Алик в последнее время был сам на себя не похож. Все время вздрагивал, стал рассеянный, задумчивый, неразговорчивый.

Он и так-то небольшой любитель пустословия, а тут… даже со мной стал меньше общаться, все в своей студии закрывался, с кем-то по телефону говорил, спорил. Обычно он не бывал против, чтобы я к нему в мастерскую приходила и смотрела, как он работает, а тут попросил меня оставить его одного, пока он картину не допишет. Я все время думала, что он старается работу скорее закончить и не хочет, чтобы его кто-то отвлекал… Но все равно – как-то странно все и неожиданно.

Я молчала, не зная, что ей ответить, и боясь что-то сказать не то и не так. Но Василиса и сама постепенно стала понемногу успокаиваться, по всей видимости, решив, что, может, зря она паникует и все не так страшно, как сейчас ей кажется.

– Ладно, Тань, давай, что ли, ужинать, – наконец вышла она из задумчивости. – Подождем Алика, посмотрим, что он мне расскажет. Может, я себя просто накручиваю и потому выдумываю невесть что.