Запретные удовольствия. Оранжевая комната (сборник)

Глава 8

Настоящее расследование

Четверо в лодке, не считая мотора, плыли очень даже неплохо, учитывая мои весьма слабые представления о том, как управлять этой самой посудиной. Однако со стороны я много раз видела, как водят другие, да и ситуация сложилась воистину экстремальная. В общем, неслись мы вперед, а я только и занималась удерживанием непослушного руля, который сам собой вертелся то влево, то вправо.

Не было сомнений, что после взрыва в округу спешно сплывутся все наличные резервы волжской милиции – проверять, что да как.

Мне среди представителей закона делать нечего, да и троим моим «друзьям» – тоже: уж если разбираться с этим делом, то кому, как не мне? Поэтому, отплыв от места преступления минут на пятнадцать (не знаю, сколько это будет в километрах), я стала травить к городскому берегу.

Огней, столь привычных, когда плывешь на «Омике» или «Метеоре», на берегах не наблюдалось. То есть места самые что ни на есть глухие.

Заглушила мотор, вывернула руль и ткнула лодку носом в земляной берег.

Тишина…

– У-у-у-ммм! – мычаще взмолился в наступившем спокойствии пленный водолаз с мешком на голове и кляпом во рту.

Сергей, похоже, также стал приходить в себя. А киллер даже пытался пошевелить руками.

– Ну вот что, мужики! – с воодушевлением начала я. – Вы трое – у меня в руках. Я могу сделать с вами все, что захочу. Что именно я захочу, станет понятно после небольшого разговора. Отвечать правду и только правду.

Обожаю блефовать и в опасных ситуациях внушать каждому встречному-поперечному, какая я крутая!

– Кто первый?

– У-у-у!! – замычал измученный водолаз.

– Легко, – ответила я, освобождая его от мешка и (с некоторым трудом) от кляпа.

Прокашлявшись, он попросил воды и глотнул родимой волжской прямо из моих ладоней.

– Спасибо, – прохрипел он, вытирая губы.

– Узнаешь? – спросила я, демонстрируя свой гордый профиль.

Он утвердительно кивнул головой. Бледен был несчастный мужик, испуган и доведен до последней стадии голодухи – никто, видно, не кормил его в дни жестокого плена.

– Короче, – кивнула я, посмотрев на его осунувшееся лицо. – Все с самого начала и до конца.

– После того, как ты ушла…

– Это я знаю. Давай с того момента, как тебя усадили в лодку и повезли.

– Я их даже не видел никого, только слышал.