Желание дамы – закон

Обещала принести молока пораньше, корову подоила, даже деда уговорила «Запорожец» завести. Только он, окаянный, около дома промеж сугробов-то и застрял. Ни туда и ни сюда.

Услышав про «Запорожец», я пулей вылетела на веранду и вцепилась старушке в рукав:

– Вот вы-то мне и нужны, бабуля!

Бабуля от неожиданности вытаращила глаза.

– Извините, ради бога. Я вас напугала? – спросила я. – Мне бы с вашим супругом поговорить.

Бабка продолжала стоять как вкопанная. Полминуты назад она бойко описывала ситуацию с незадачливым мужем, а теперь словно язык проглотила.

– Баба Кать, это уфолог из города. Она гуманоидами и НЛО интересуется.

– Кем-кем? Это, что ли, мужиками, которые с мужиками спят? – У старушки задергались губы.

– Нет, баба Кать. Те – гомики, а Татьяна изучает неопознанные космические объекты. Ну, те «тарелки», что недавно над поселком летали.

– Ах вот оно че... – облегченно вздохнула соседка. – Ну, коль так, пойдем. Мой Федор Лукьянович много чего такого повидал. Он тебе зараз про всех гамароиков расскажет.

Узнав, что у соседнего коттеджа нас ждет машина и ей не придется тащиться пешком до своего дома, старушка совсем повеселела и начала рассказывать про свое житье-бытье. Оказалось, что в этом районе Тарасова она проживает уже больше тридцати лет, но до недавних пор ни о каких звездолетах и инопланетянах здесь слыхом не слыхивали. А как «новые русские» землю скупили, так вся эта чертовщина и началась!

От шикарных особняков и коттеджей дорога привела нас в «захолустье тарасовское», где с горем пополам влачили свое жалкое существование старожилы поселка и рабочий люд, не имеющий стабильных доходов.

Мы подошли к крыльцу дома, ничем не отличавшегося от других домов, поднялись по скрипучим ступеням, которые нуждались в покраске, и попали в полутемную горницу. В первое мгновение мне показалось, что электричества в доме нет, а источником освещения служит свеча или керосиновая лампа.

Комната, в которой я оказалась, была куда пристойнее, чем можно было ожидать, глядя на дом снаружи. Посредине – большой деревянный стол с четырьмя резными стульями. На стене – голова лося с раскидистыми рогами.

– Эй, Федор Лукьянович! – крикнула баба Катя. – Ты живой?

– Скоро ты как! – донесся голос из недр дома.

– Так ведь я на машине, Федя, и не одна. К тебе начальство из города пожаловало.